Природа и назначение ангельского мира

Протопресвитер Михаил Помазанский

Природа и назначение ангельского мира

Из книги «Православное догматическое богословие»

Первое и высшее место во всей лестнице тварного бытия занимают чистые и бесплотные духи. Они существа не только высшие сравнительно и совершеннейшие, но они имеют весьма важное влияние на жизнь людей, хотя они и невидимы для нас.

Что нам открыто о них? Как и когда они произошли? Какая дарована им природа и — всем ли в одинаковой мере? Какое назначение и образ их бытия?

Ангелы в Священном Писании

Наименование «ангел» значит «вестник». Этим словом определяется, главным образом, их служение роду человеческому. И человечество от дней своего райского состояния знало об их существовании. Отражение этого факта видим и в других древних религиях, не только иудейской.

По изгнании из рая впавших в грех людей херувим был поставлен с пламенным мечом обращающимся охранять двери рая (Быт. Гл.3). Авраам, посылая слугу своего к Нахору, обнадеживал его убеждением, что Господь пошлет с ним ангела Своего и благоустроит путь его (Быт. 24:7). Иаков видел ангелов и во сне (в видении таинственной лестницы; на пути в Месопотамию, — Быт. 28) и наяву (на пути домой, к Исаву, когда он увидел «ополчение» ангелов Божиих, — Быт. 32:1-2). В Псалтыре много раз говорится об ангелах (напр., «хвалите Его, все ангелы Его«, Пс.148:2, «ибо ангелам Своим заповедает о тебе — охранять тебя на всех путях твоих«, Пс. 90:11). Равным образом, о них читаем в книге Иова и у пророков. Пророк Исаия видел серафимов, окружающих Престол Божий; пророк Иезекииль видел херувимов в видении Дома Божия (Иезек, гл.10; Исаии гл.6).

Новозаветное Откровение содержит очень много сообщений и упоминаний об ангелах. Ангел возвестил Захарии зачатие Предтечи, ангел возвестил Пресвятой Деве Марии рождение Спасителя и являлся во сне Иосифу, многочисленное воинство ангелов воспело славу рождества Христова, ангел благовествовал пастухам рождение Спасителя, удержал Волхвов от возвращения к Ироду, ангелы служили Иисусу Христу по искушении Его в пустыне, ангел явился для укрепления Его в саду Гефсиманском, ангелы возвестили мироносицам о воскресении Его, а апостолам при вознесении Его на небо о втором Его пришествии. Ангелы разрешили узы Петра и других апостолов (Деян. 5:19) и одного апостола Петра (12:7-15), ангел явился Корнилию и преподал ему указание призвать к себе для наставления в слове Божием ап. Петра (Деан. 10:3-7), ангел возвестил ап. Павлу, что ему должно предстать пред кесаря (Деан. 27:23-24). Видение Ангелов лежит в основании откровений, данных св. Иоанну Богослову, в Апокалипсисе.

Творение ангелов

В Символе веры читаем: «Верую в единого Бога… Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым«. Мир невидимый, ангельский, сотворен Богом, сотворен раньше мира видимого. «При общем ликовании утренних звезд, когда все сыны Божии восклицали от радости«, — сказал Господь Иову (Иов. 38:7). Апостол Павел пишет: «...ибо Им создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли…» (Кол. 1:16). Некоторые Отцы Церкви в первых словах книги Бытия: «В начале сотворил Бог небо и землю«, — разумеют под небом не физическое небо, образованное впоследствии, а небо невидимое, или жилище горних сил. Многие учители Церкви высказывают мысль, что Бог создал ангелов далеко прежде видимого мира (Амвросий, Иероним, Григорий Великий, Анастасий Синаит) и что при создании последнего они уже предстояли пред ликом Творца и служили Ему. Св. Григорий Богослов размышляет об этом так: «Так как для благости Божией не довольно было заниматься только созерцанием Себя Самой, а надлежало, чтобы благо разливалось все далее и далее, так чтобы число облагодетельствованных было как можно больше (потому что это свойственно высочайшей благости), — то Бог измышляет прежде всего ангельские небесные силы: и мысль стала делом, которое исполнено Словом и совершенно Духом… Поелику же первые твари были Ему благоугодны, то измышляет другой мир, вещественный и видимый, или стройный состав неба и земли и того, что есть между ними». Мысли св. Григория Богослова следует и св. Иоанн Дамаскин (Точное Исповед. Правосл. Веры, кн. 2, гл.3).

Природа ангелов

По своей природе ангелы суть деятельные духи, имеющие разум, волю, знание. Они служат Богу, исполняют Его промыслительную волю и прославляют Его. Они — духи бесплотные, и поскольку принадлежат к миру невидимому, не поддаются лицезрению нашими телесными очами. «Когда ангелы, — наставляет преп. Иоанн Дамаскин, — по воле Божьей являются достойным людям, то являются не такими, каковы сами в себе, а в таком преображенном виде, в каком плотские могут видеть их». В повествовании книги Товита ангел, сопровождающий Товита и его сына, сказал им о себе: «все дни я был видим вами, но я не ел и не пил, а только взорам вашим представлялось это» (Товит. 12:19).

«Впрочем, — высказывает мысль Иоанн Дамаскин, — бестелесными и невещественными называется ангел только по сравнению с нами. Ибо в сравнении с Богом, Единым несравнимым, все оказывается грубым и вещественным; одно Божество всецело невещественно и бестелесно».

Степень совершенства ангелов

Ангелы — духи совершеннейшие, они превосходят человека духовными силами; однако и они как существа тварные носят в себе печать ограниченности. Будучи бесплотными, они меньше, чем люди, зависимы от пространства и места и, т.к. с быстролетностью проходят необъятные пространства, появляются там, где им нужно действовать. Однако нельзя сказать, чтобы они существовали совершенно независимо от пространства и места или были бы вездесущи. Священное писание изображает ангелов то сходящими с неба на землю, то восходящими с земли на небо, причем необходимо предполагается, что в одно и то же время не могут быть и на земле и на небе.

Ангелам принадлежит бессмертие, как об этом свидетельствует ясно и Писание, уча, что они умереть не могут (Лук. 20:36). Однако их бессмертие не есть бессмертие божественное, т.е. самобытное и безусловное, а зависит оно, как и бессмертие человеческих душ, всецело от воли и милости Божьей.

Ангелы как духи бесплотные в высшей степени способны к внутреннему саморазвитию, их ум возвышеннее сравнительно с умом человеческим; могуществом и силою, по изъяснению ап. Петра, они превосходят все земные начальства и власти (2 Петр. 2:11). Природа ангела выше природы человека, как это выражает Псалмопевец, когда с целью возвеличить человека замечает, что он «не много умалил его» по сравнению с ангелами (Пс. 8:6).

Однако их высокие качества имеют свои границы. Писание указывает, что они не знают глубины существа Божьего, ведомого одному Духу Божиему («Божьего никто не знает, кроме Духа Божия«, — 1 Кор. 2:11), не знают будущего, ведомого тоже одному Богу («О дни же том или часе никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец«. — Мрк. 13:32), а также не постигают вполне тайны искупления, в которую желают проникнуть («во что желают проникнуть Ангелы«, — 1 Петр. 1:12), и даже не знают всех помышлений человеческих (3 Цар. 8:39); наконец, они не могут сами по себе, без воли Божьей, творить чудеса («благословен Господь Бог… един творящий чудеса«, — Пс. 71:18).

Число ангелов; ангельские степени

Мир ангельский представляется в Священном Писании необычайно великим. Когда прор. Даниил видел в видении, его взору открылось, что «тысячи тысяч служили Ему, и тьмы тем предстояли пред Ним» (Дан. 7:10). «Многочисленное воинство небесное» восхвалило пришествие на землю Сына Божьего (Лук. 2:13).

«Представь, — говорит св. Кирилл Иерусалимский, — как многочислен народ римский; представь, как многочисленны другие народы грубые, ныне существующие, и сколько их умерло за сто лет; представь, сколько погребено за тысячу лет; представь людей, начиная от Адама до настоящего дня: велико множество их, но оно еще мало в сравнении с ангелами, которых более. Их — девяносто девять овец; а род человеческий есть одна только овца. По обширности места должно судить и о многочисленности обитателей, сколько больше пространство; небеса небес содержат их необъятное число. Если написано, что «тысячи тысяч служили Ему и тьмы тем предстояли пред Ним«, — то это только потому, что большего числа пророк изречь не мог». — При такой многочисленности ангелов, естественно предполагать, что в мире ангелов, как и в мире вещественном, есть разные степени совершенств, а потому и разные ступени, или иерархические степени сил Небесных. Так, слово Божие называет одних «ангелами», других «архангелами» (1 Сол. 4:15; Иуды ст. 9).

Православная Церковь, руководясь взглядами древних церковных писателей и Отцов Церкви, а в частности, сочинением «О небесной иерархии», носящим имя св. Дионисия Ареопагита, разделяет мир ангельский на девять ликов, или чинов, а эти девять — на три иерархии, по три чина в каждом. В первой иерархии состоят находящиеся ближе к Богу, именно: престолы, херувимы и серафимы. Во второй, средней, иерархии: власти, господства, силы. В третьей, более близкой к нам: ангелы, архангелы, начала (Православное Исповедание). Исчисление девяти ликов ангельских встречаем в «Постановлениях Апостольских», у св. Игнатия Богоносца, у св. Григория Богослова, у св. Златоуста; позднее — у св. Григория Двоеслова, св. Иоанна Дамаскина и других. Вот слова св. Григория Двоеслова: «Мы принимаем девять чинов ангельских, потому что из свидетельства слова Божия знаем об ангелах, архангелах, силах, властях, началах, господствах, престолах, херувимах и серафимах. Так, о бытии ангелов и архангелов свидетельствуют почти все страницы Священного Писания; о херувимах и серафимах, как известно говорят больше книги пророческие; имена еще четырех чинов исчисляет апостол Павел в послании к Ефесянам, говоря: «превыше всякого начальства, и Власти, и Силы, и Господства» (Ефес. 1:21); и он же в послании к Колоссянам пишет: «престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, — все Им и для Него создано» (Кол. 1:16). Итак, когда к тем четырем, о которых он говорит ефесянам, т.е. к началам, властям, силам и господствам, присоединим престолы, раздельно означатся пять чинов; а когда к ним присовокупятся ангелы, архангелы, херувимы и серафимы, то ясно окажется девять чинов ангельских».

И действительно, обращаясь к книгам Священного Писания, встречаем имена перечисленных девяти чинов, и более девяти не упоминается. Так, наименование херувимов читаем в книге Бытия 3 гл., в псалмах 79 и 98, у Иезекииля главы 1 и 10; серафимов — у Исаии, гл. 6; сил — в посланиях к Ефесянам гл. 1 и к Римлянам гл. 8; престолов, начал, господствий, властей — Колоссянам гл. 1, Ефесянам гл. 1 и 3; архангелов — 1 Солунянам гл. 4 и Иуды стих 9; ангелов — 1 Петра 3 гл., Римлянам 8 гл. и др. На этом основании число ангельских ликов в учении Церкви обычно ограничивается числом девять.

Некоторые Отцы Церкви, впрочем, высказывают свои частные благочестивые мнения, что разделение ангелов на девять ликов обнимает только те имена и лики, какие открыты в слове Божием, но не объемлет многих других имен и ликов ангельских, которые нам не открыты в жизни настоящей, а сделаются известными уже в будущей. Эту мысль развивают св. Златоуст, блаж. Феодорит, Феофилакт. «Есть, — говорит Златоуст, — поистине есть и другие силы, которых даже имен мы не знаем… Не одни ангелы, архангелы, престолы, господства, начала и власти суть обитатели небес, но и бесчисленные иные роды и невообразимо многие классы, которых не в состоянии изобразить никакое слово. А откуда видно, что сил — больше вышеупомянутых и что есть силы, которых имен мы не знаем? Ап. Павел, сказав об одном, упоминает и о другом, когда свидетельствует о Христе: «посадив (Его) превыше всякого Начальства и Власти, и Силы, и Господства, и всякого имени, именуемого не только в сем веке, но и в будущем» (Ефес. 1:21). Видите, что есть какие-то имена, которые будут известны там, но теперь не известны? Почему и сказал: «имени, именуемого не только в сем веке, но и в грядущем«. Суждения эти принимаются Церковью, как частные.

Вообще же древние пастыри считали учение о небесной иерархии таинственным. «Сколько чинов небесных существ, — рассуждает св. Дионисий в «Небесной Иерархии«, — какие они и каким образом у них совершаются тайны священноначалия, — в точности знает Бог, Виновник их иерархии; знают также и они сами свои собственные силы, свой свет, священное их и премирное чиноначалие. А нам об этом можно сказать столько, сколько Бог открыл нам через них же самих, как знающих себя». Подобным образом рассуждает и блаж. Августин: «Что есть престолы, господства, начала и власти в небесных обителях, непоколебимо верую, что они различаются между собой, содержу несомненно; но каковы и в чем именно различаются между собой, не знаю».

Примечание: В Священном Писании некоторым ангелам высшим усваиваются собственные имена. Таких имен есть два в канонических книгах: «Михаил» (кто яко Бог, Дан. 10:13; 12:1. Иуды ст. 9; Откр. 12:7-8), «Гавриил» (муж Божий, Дан. 8:16; 9:21; Лук. 1:19, 26). Три имени ангелов в книгах неканонических: «Рафаил» (помощь Божья, Тов. 3:16; 12:12,15), «Уриил» (огонь Божий. 3 Ездр. 4:1; 5:20), «Салафиил» (молитва к Богу, 3 Ездры 5:16). Кроме того, благочестивое Предание усваивает имена еще двум ангелам: «Иегудеил» (хвала Божия) и «Варахиил» благословение Божие); эти имена не встречаются в Священном Писании (только в 3 книге Ездры упоминается еще «Иеремиил» (высота Божия 4:36). Таким образом, имена усвоены семи ангелам высшим, соответственно словам ап. Иоанна Богослова в Откровении: «Благодать Вам и мир от Того, Который есть и был и грядет, и от семи духов, находящихся перед престолом Его» (Откр. I:4).

Служение ангелов

Каково же, наконец, назначение существ мира духовного? Очевидно, они предназначены Богом к тому, чтобы быть совершеннейшими отображениями Его величия и славы, с нераздельным участием в Его блаженстве. Если о невидимых небесах сказано: «небеса поведают славу Божию», то тем более такова цель духовных небес. Поэтому св. Григорий Богослов называет их «отблесками Совершенного Света», или вторичными светами.

Ангелы из чинов, более близких к роду человеческому, предстают в Священном Писании, как вестники воли Божьей, руководители людей и служители их спасения. Ап. Павел пишет: «Не все ли они (ангелы) суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение!» (Евр. 1:14).

Ангелы не только воспевают славу Богу, но и служат Ему в делах Его промышления о мире вещественном и чувственном. О таком их служении часто говорят свв. Отцы: «Одни из них предстоят великому Богу, другие своим содействием поддерживают целый мир» (Григорий Богослов, Песнопения таинств. сл. 6). — Ангелы «поставлены для управления стихиями и небесами, миром и всем, что в нем» (Афинагор). — «Каждый из них получил (в заведование) одну какую-либо часть вселенной или приставлен к чему-либо только одному в мире, как ведомо это все Устроившему и Распределившему, и все они ведут к одному концу (цели), по мгновению Зиждителя всяческих» (Григорий Богослов, сл. 28).- Встречается у некоторых церковных писателей мнение об особенных ангелах, поставленных над отдельными видами царства природы — неорганическим, органическим и животным (у Оригена, у блаж. Августина). Последнее мнение имеет свой источник в Апокалипсисе, где говорится об ангелах, управляющих согласно воле Божией некоторыми земными стихиями (Тайновидец пишет в 16, 5 Откровения: «И услышал я ангела вод, который говорил…«; в 7, 1: «И после сего видел я четырех ангелов стоящих на четырех углах земли, держащих четыре ветра земли, чтобы не дул ветер ни на землю, ни на море, ни на какое дерево…«; в 14, 18: «И иной Ангел, имеющий власть над огнем, вышел от жертвенника и с великим криком воскликнул…«). — По видению прор. Даниила, есть ангелы, которым доверяется Богом наблюдение за судьбою существующих на земле народов и царств (Дан. 10, 11 и 12 гл.).

Православная Церковь верует, что каждый человек имеет своего ангела хранителя, если его не отдалил от себя нечестивой жизнью. Господь Иисус Христос сказал: «Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю всем, что Ангелы их на небесах всегда видят лицо Отца Моего Небесного» (Мф. 18:10).

Зло и грех в мире

Зло и бедствия. — Злом называются в обычном нашем словоупотреблении явление двух родов. Часто понимаем под этим словом вообще все то, что вызывает бедствия и причиняет страдания. В другом же смысле, более точном и прямом, злом называются отрицательные явления нравственного порядка, зависящие от дурного направления воли и от нарушения Божеских законов.

Что касается бедственных явлений в мире физическом, каковы, напр., землетрясения, бури, наводнения, обвалы и пр., то ясно, что сами по себе они не являются ни добром, ни злом. В общей мировой системе они составляют то, что в живописи при светлых красках тени, что в музыке, при мягких звуках грубые и т.п. Так представляют нам эти явления св. Отцы, напр., блаж. Августин, Григорий Богослов. Нельзя отрицать, что стихийные явления становятся часто причиной бедствий и страданий для чувствующих тварей и для человека. Однако должно преклониться с чувством благоговения перед премудрым устройством мира, где бесконечно разнообразные, противоположные, в каждый момент сталкивающиеся друг с другом стремления слепых стихийных сил и органических тварей согласуются, приводятся к гармонии и становятся источником непрерывного развития и обновления в мире.

Страдания и грех. — В некоторой степени непрерывные, теневые стороны нашей человеческой жизни делают для нас более ощутимыми и более ценными радостные стороны жизни. Но само слово Божие говорит нам, что тяжелые страдания и болезни не могут быть признаны явлениями совершенно закономерными и нормальными и представляют собой сдвиг с нормы. Страдания в роде человеческом начались с появлением нравственного зла и явились следствием вошедшего в нашу жизнь греха. Об этом свидетельствуют первые страницы Библии: «умножая, умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей» — слова, обращенные к Еве после грехопадения; «проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей» — слова, сказанные Адаму (Быт. 3:16-19). Страдания даны людям как средство наказания, вразумления и исправления людей; страдания и сама смерть, по выражению св. Василия Великого, «пресекают возрастание греха». Многочисленные примеры сознания связи между страданием и грехом, как следствием и его причиной, дает нам слово Божие. (Пс. 2:12). «Благо мне, что я пострадал, дабы научиться уставам Твоим» (Пс. 118:71). Само по себе внимательное наблюдение показывает, что виновниками болезней и страданий в подавляющем количестве случаев бывают сами люди, создавая искусственные, ненормальные условия для своего существования, внося жестокую, взаимную борьбу в погоне за собственным, эгоистическим, физическим благополучием, а то и прямо, по причине немой демонической настроенности, гордости, мстительности и злобности.

Как поучает слово Божие, следствия нравственного зла распространяются от людей и на животный мир, и на всю тварь. «Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне«, — пишет ап. Павел, и объясняет: «потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде, что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих» (Рим. 8:22, 20-21).

Сущность нравственного зла. — Святые Отцы указывают, что зло не есть какая-либо сущность, которая имела бы действительное самостоятельное бытие, подобно созданным Богом элементам и силам мира; оно есть только уклонение живых существ от того состояния, в которое поставил их Творец, в состояние противоположное. Поэтому не Бог виновник зла нравственного, но оно исходит от самих существ, уклоняющихся от согласования своей воли с волей Божией. Сущность зла состоит в нарушении воли Божией, заповедей Божиих и того нравственного закона, который написан в совести человека. Это нарушение называется грехом.

Происхождение зла. — Откуда же возникло нравственное зло? Бог создал мир чистым, совершенным, свободным от зла. Зло вошло в мир вследствие падения, которое произошло, по данным слова Божия, сначала в мире бесплотных духов, а затем в роде человеческом, и отразилось во всей живой природе.

Падение в мире ангельском. Мир темных и злых духов

По свидетельству слова Божия, начало греха идет от диавола. «Кто делает грех, тот от диавола, потому что сначала диавол согрешил» (1 Иоан. 3:8). Слово «диавол» значит «клеветник», из сопоставления указаний Священного Писания видим, что он один из разумных духов, ангелов, уклонившихся на путь зла. Обладая, как все разумные существа, свободой, данной ему для совершенствования в добре, он «в истине не устоял» и отпал от Бога. Спаситель сказал о нем: «он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи«. (Иоан. 8:44). Он повлек за собой падение других ангелов. В посланиях ап. Иуды и ап. Петра читаем об ангелах, «не сохранивших своего начального достоинства, но покинувших свое жилище» (Иуды ст.6, Сравн. 2 Петр.2:4).

Что было причиной грехопадения в мире ангельском? Из того же Божественного Откровения заключаем, что причиной была гордыня. «Ибо начало греха — гордость«, говорит сын Сирахов (Сир. 10:15).. Ап. Павел, предостерегая ап. Тимофея от поставления в епископа из новообращенных, прибавляет: «чтобы не возгордился и не подпал осуждению с диаволом» (1 Тим. 3:6).

О злых духах в Ветхозаветном Откровении упоминается только в некоторых местах. Эти места следующие. В третьей главе книги Бытия читаем о «змее», искусителе первых людей. В первой главе книги Иова рассказывается о действиях «сатаны» в жизни праведного Иова. В 1-ой Царств сообщается о Сауле, что им владел дух лукавый, когда отступал от него «дух Господень». В 1 Паралипоменон (21 гл) читаем по поводу возникшему царя Давида мысли сделать перепись народа, что это «Восстал сатана на Израиля, и возбудил Давида сделать счисление израильтян«. В книге пророка Захарии сказано о видении Захарий первосвященника Иисуса, что Иисусу противодействовал «диавол». В книге Премудрости Соломона говорится: «завистью диавола вошла в мир смерть» (Прем. Сол. 2:24). (Также во Второзак. 32:17: «приносили жертвы бесам, а не Богу» Псал.105:37: приносили… в жертву бесам).

Несравненно полнее представлены действия сатаны и его ангелов в Новозаветном Откровении. Из него знаем, что сатана и злые духи неустанно влекут людей к злу. сатана дерзал искушать самого Господа Иисуса Христа в пустыне. Злые духи вторгаются в души и даже в тела людей, о чем свидетельствуют многие события Евангелия и учение Спасителя. О вселении злых духов в людей знаем из многочисленных исцелений Спасителем бесноватых. Злые духи, как бы подстерегают беспечность человека, чтобы увлечь его к злу. «Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И, придя, находит его незанятым, выметенным и убранным, тогда идет и берет с собой семь других духов, злейших себя, и, войдя, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого» (Матф. 12:43-45). По поводу исцеления скорченной женщины Спаситель сказал начальнику синагоги: «сию же дочь Авраамову, которую связал сатана вот уже восемнадцать лет, не надлежало ли освободить от уз сих в день субботний?» (Луки 13:16).

Священное Писание называет злых духов также «духами нечистыми», «духами злобы», бесами, демонами, ангелами диавола, ангелами сатаны. Главного же из них, диавола, называет так же «искусителем», «сатаною», «веельзевулом», велиаром», князем бесовским и другими именами; так же «денницею».

Диавол, принявший образ змия, был искусителем и виновником грехопадения первых людей, как об этом повествует III глава книги Бытия. В Апокалипсисе он называется «великий дракон, древний змий» (Откров. 12:9).

Диавол и его ангелы лишены пребывание в светлых небесных обителях. «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лк. 10:18). Низверженные из горнего мира, диавол и его слуги, действуют в мире поднебесном, среди людей на земле и как бы взяли в свое обладание ад и преисподнюю. Апостол называет их «началами, властями и миродержителями этого века» (Кол. 1:16; 2:15); диавола — «князем, господствующим в воздухе» (Ефес. 2:2) и его слуг, падших ангелов, — «духами злобы поднебесными» (Ефес. 6:12).

Источник: Православие и современность. Электронная библиотека

Прот. Михаил Помазанский. Посмертная участь человека. О «мытарствах» Ангелы в Священном Писании Ангелы в Житиях святых, Патериках Иерархия Святой Дионисий Ареопагит и святой Максим Исповедник О мире духовном О Промысле Божием по отношению к миру духовному Литургическое учение об Ангелах Мир духовный или ангельский Ложные Ангелы Зло в мире. Христианское истолкование зла. Почему допущено зло?

Ангел Господень

Ангел Господень

Ангел Господень (ангел Божий) [евр. () , (), греч. ἄγγελος κυρίου (θεοῦ)], в Свящ. Писании словосочетание, обозначающее либо особый вид богоявления, либо ангела, который выступает как посланник Господа. Существует также ряд примеров, когда слово «ангел» в этом словосочетании прямо (Агг 1. 13: «вестник Господень») или косвенно (1 Цар 29. 9; 2 Цар 14. 17-20; 19. 27: «царь, как Ангел Божий») относится к человеку.

Места в Свящ. Писании в зависимости от отношения А. Г. к Богу можно разделить на 3 группы. К первой из них относятся те библейские эпизоды, в которых А. Г. никак не соотносится с Богом (3 Цар 19. 5-7; 4 Цар 1. 3-15; 19. 35) и явно отличается от Него (Быт 24. 7; 2 Цар 24. 16; Зах 1. 9-17; Пс 33. 8; 34. 5-6). Вторую группу составляют повествования, связанные с исходом израильтян из Египта и их странствием по пустыне, в которых словосочетание «А. Г.» («Ангел Божий», «Ангел Мой») обозначает ангела, почти отождествляемого с Богом (ср.: Исх 23. 21, где Сам Бог говорит об этом ангеле: «Имя Мое в нем»; Исх 14. 19-31; 32. 34; 33. 2; Числ 20. 16; особ. Суд 2. 1-4). В эпизодах, относящихся к третьей группе, провести четкое различие между А. Г. и Богом уже практически невозможно. Два раза А. Г. является Агари и обещает произвести от ее сына Измаила великий народ; при этом из текста следует, что говорил с ней Сам Господь (Быт 16. 7-13; 21. 17-18). К Аврааму, готовому принести в жертву своего сына Исаака, А. Г. обращает следующие слова: «Не пожалел ты сына твоего, единственного твоего для Меня» (Быт 22. 11-18). Моисею в горящем кусте является А. Г., но говорит с ним Бог (Исх 3. 2-6). Подобное происходит и с Гедеоном (Суд 6. 12-18). Отец Самсона Маной говорит своей жене после явления им А. Г.: «Верно, мы умрем, ибо видели мы Бога» (Суд 13. 3-22). Особенно выделяется явление А. Г. во сне Иакову — здесь он прямо называет себя Богом (Быт 31. 11-13).

Эта последняя группа библейских повествований ставит перед исследователями серьезную экзегетическую проблему, которая решалась по-разному. Филон Александрийский отождествлял А. Г. с Логосом и видел в нем тварно-личного посредника между Богом и миром. Вост. отцы Церкви и Тертуллиан видели в А. Г. Вторую Ипостась Св. Троицы и явления его рассматривали как прообразы воплощения Сына Божия (Iust. Martyr. Dial. 57-60; Iren. Adv. haer. IV 7; Tertull. Adv. Marcion. 2. 27; Cyr. H. Catech. X 6; Basil. Magn. Adv. Eunom. II 18). По мысли же зап. церковных писателей, А. Г.- это тварное существо, возвещающее слова Божии (Ambros. Mediol. De Abraham. 1. 4-6; August. De trin. III 23-27; Thom. Aquin. Sum. Th. I Quest. 43, 7).

В зап. богословии 1-й пол. XX в. присутствуют как эта традиц. для лат. экзегезы т. зр. (J. Rybinsky, F. Stier, R. Clifford — R. Murphy), так и мнение, согласно которому А. Г. в этой группе повествований тождествен с Самим Богом, и речь здесь идет о подлинной теофании (при этом троичный аспект проблемы не рассматривается — J. Touzard, B. Stein, C. Simpson). Крупнейшие библеисты 1-й пол. и сер. XX в. католик М. Ж. Лагранж и протестант Г. фон Рад предполагали, что встречающиеся в тексте выражения «А. Г.» или «Ангел Божий» являются позднейшей интерполяцией, а первоначально речь шла о Самом Боге. Целью такого рода вставок, по Лагранжу и фон Раду, было избежать антропоморфизмов и утвердить идею трансцендентности Бога. Но эта гипотеза, во-первых, не подтверждается текстологическими данными, а во-вторых, затруднительно объяснить избирательный характер подобного рода интерполяций (напр., Исх 4. 24; 24. 9-11; Суд 6. 14-16 и др.).

В правосл. богословии XX в. также высказывались различные варианты решения экзегетической проблемы, связанной с выражением «А. Г.». Проф. КДА А. Глаголев, автор обширного труда по ангелологии «Ветхозаветное библейское учение об ангелах» (К., 1900), уже в начале работы писал: «Ангел Господень… не есть один из рода тварных ангелов, но Ангел-Бог, божественный Логос в исторической форме Его ветхозаветного действия. Следовательно, учение о Нем относится собственно к области ветхозаветной христологии, а не ангелологии» (Глаголев. С. 15). В соответствии с этим он подразделяет все библейские места, в которых говорится об А. Г., на 2 класса: одни из них говорят о непосредственных явлениях и действиях А. Г., др.- о Его деятельности, посредствуемой тварным ангелом как органом Его воли. Примером др. т. зр. может служить учение прот. С. Булгакова, изложенное им в кн. «Лествица Иаковля». Согласно его воззрениям, А. Г.- это тварное ангельское существо, но через его посредство человеку является Сам Бог. «Посланничество ангелов, их служение в мире получает здесь совершенно исключительное назначение — представлять в мире самого Бога, являться ему вместо Бога» (Булгаков. С. 188). Наиболее характерной чертой учения прот. С. Булгакова является мысль о том, что «теофанические ангелофании Ветхого Завета не могут быть приурочены к одной только ипостаси Логоса, но относятся ко всем трем божественным ипостасям» (Булгаков. С. 194). Кого являет А. Г., нужно, по его мнению, в каждом отдельном случае решать особо.

В НЗ, содержащем откровение о Св. Троице, для отождествления А. Г. с Богом не остается места. В выражении А. Г., к-рое встречается в 14 эпизодах НЗ (Мф 1. 20; 1. 24; 2. 13; 2. 19; 28. 2; Лк 1. 11; 2. 9; Ин 5. 4; Деян 5. 19; 7. 30; 8. 26; 8. 39; 12. 7; 12. 23), речь идет об одном из тварных ангелов, «служебном духе» (Евр 1. 14). При явлении Захарии, отцу Иоанна Предтечи, А. Г. называет свое имя — Гавриил (Лк 1. 11-19, 26). Его явления так или иначе подчинены действию воплотившегося Христа и Св. Духа в Церкви.

Лит.: Глаголев А. Ветхозаветное библейское учение об ангелах. К., 1900; Lagrange M.-J. L’Ange de Jahve // RB. 1903. Vol. 12. P. 212-225; Lods A. L’ange de Jahve et l’ame exterieure // BZAW. 1914. Bd. 27; Булгаков С., прот. Лествица Иаковля. П., 1929; Rybinsky J. Der mal’akh Jahwe. Paderborn, 1930; Stier F. Gott und sein Engel im Alten Testament. Munster, 1934; Stein B. Der Engel des Auszugs // Biblica. 1938. Bd. 19. S. 286-307; Baumgartner W. Zum Problem des «Jahwe-Engels» // Schweiz. theologische Umschau. 1944. Bd. 14; Lobina A. M. Mal’ak Jahwe // RB. 1956. T. 80. P. 79-81; Hirth V. Gottes Boten im Alten Testament. B., 1975. (Theol. Arbeiten; Bd. 32); Roettger H. Mal’ak Jahwe — Bote von Gott: Die Vorstellung von Gottes Boten im hebraischen Alten Testament. Frankfurt, 1978; Clifford R. J., Murphy R. E. Genesis // NJBC. N. Y., 1981. Vol. 1; Rad G. von. Mal’akh // ThWAT. Bd. 1. S. 72; Simpson C. A. Genesis // The Interpreter’s Bible. N. Y., 1973. Vol. 1; Touzard J. Ange de Jahveh // Dictionnaire de la Bible. Suppl. Vol. 1. P. 242.

А. С. Небольсин, свящ. Константин Польсков

Полная версия статьи

АнгелологияАнгел-хранительВоинство небесноеНебо и земля: Ангел и человек в Священном писанииАнгелАнгел лица ЕгоАнгел ЦерквиАнгел Господень

Митрополит Макарий. О мире духовном

Митрополит Московский и Коломенский Макарий

О главных видах творений Божиих

1. О мире духовном

Из «Догматического богословия»

§ 62. Учение Церкви и краткий обзор ложных мнений о догмате

Учение православной Церкви о мире невидимом или духовном, собственно как творении Божием, можно представить в следующих кратких чертах: «Ангелы суть духи бесплотные, одаренные умом, волей и могуществом… Они сотворены прежде мира видимого и человека…; разделяются на девять ликов…, и сами злые ангелы сотворены от Бога добрыми, но сделались злыми по собственной воле» (Простр. Хр. Катихиз. о перв. члене; Правосл. испов. ч. 1, отв. на вопр. 19-21).

Это догматическое учение, которое, как увидим, во всех своих частях постоянно существовало в Церкви, во всех также своих частях подвергалось и разным частным мнениям, или даже было отвергаемо. Так, были и есть люди, которые отвергали и отвергают самое бытие ангелов, добрых и злых, основываясь, главным образом, на той мысли, будто места Священного Писания об ангелах надо понимать в смысле переносном. Были и такие, которые имели свои частные мнения касательно природы ангелов — многие приписывали ангелам, как добрым, так и злым, тела, хотя, большей частью, самые тонкие, огненные или эфирные; некоторые считали ангелов низшими, по достоинству природы, сравнительно с душой человеческой. Третьи заблуждались касательно происхождения ангелов, и во первых, касательно способа происхождения, утверждая, будто ангелы не сотворены Богом, а истекли из существа Его; во-вторых, заблуждались касательно времени происхождения, полагая, что ангелы сотворены или вдруг по сотворении вещества до образования еще из него мира видимого, или в день первый вместе с светом, или по создании уже всего мира вещественного и человека. Еще некоторые учили, будто падшие духи злы по самой своей природе и от начала, а не сделались злыми по собственной воле. Не мало частных мнений существовало относительно числа и степеней ангелов добрых и злых, относительно того, как и почему пали ангелы, в чем состоял первый грех их и т.п.

Достоинство всех этих, изложенных и не изложенных, мнений откроется само собой при подробнейшем раскрытии православного учения о духах добрых и злых, как творениях Божиих.

1.1. О духах добрых или ангелах

§ 63. Понятие об ангелах и достоверность их бытия

Имя Ангел (’Άγγελος, ךּאּלּמּ) посланник, вестник), по выражению еще древних учителей Церкви, есть имя должности, а не природы. Потому неудивительно, если в Священном Писании оно усвояется разным посланникам Всевышнего, возвещавшим или возвещающим волю Его. Так, в Ветхом Завете оно приписывается: самому Мессии, который, впрочем, называется не просто Ангелом, но Ангелом Завета (Мал. 3:1), Моисею (Числ. 20:16) и другим пророкам (Агг. 1:3; Ис. 33:7), священникам (Мал. 2:7), даже вещам бездушным, творящим слово Господне (Пс. 77:49); а в Новом Завете — Предтече Спасителя (Матф. 11:10), ученикам Его (Лук. 9:52), ученикам Предтечи (Лук. 7:18-24) и предстоятелям церквей (Откр. 1:20; 2:1). Но в строгом и собственном смысле ангелами называются в Священном Писании существа особого рода, отличные от Бога и от человека, существа духовные, действительные, а не воображаемый; и это в бесчисленных местах как Ветхого, так и Нового Завета, которые никак нельзя объяснять переносно, без крайнего насилия смыслу речи.

Вот несколько примеров из Ветхого Завета:

а) Об Иакове патриархе повествуется: И увидел во сне: вот, лестница стоит на земле, а верх ее касается неба; и вот, Ангелы Божии восходят и нисходят по ней. И вот, Господь стоит на ней и говорит: Я Господь, Бог Авраама, отца твоего, и Бог Исаака; [не бойся]. Землю, на которой ты лежишь, Я дам тебе и потомству твоему (Быт. 28:12-13). Здесь ангелы ясно отличаются от Бога и от человека, и, хотя это видение последовало во сне, но так же конечно должны быть признаваемы за существа действительные, как и Бог, явившийся вместе с ними, — тем более, что сам сон Иакова случился по устроению Божию.

б) В книге Иова читаем: человек праведнее ли Бога? и муж чище ли Творца своего? Вот, Он и слугам Своим не доверяет и в Ангелах Своих усматривает недостатки (Иов. 4:17-18). Здесь также отличаются ангелы и от Бога и от человека, и представляются по природе высшими человека; но возможно ли было бы сделать это сравнение, если бы ангелы действительно не существовали?

в) Псалмопевец делает подобное же сравнение между человеком и ангелами, только в более сильных словах: что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его? Не много Ты умалил его пред Ангелами: славою и честью увенчал его (Пс. 8:5-6).

г) Хотя имя ангелов, как мы заметили, усвояется иногда и пророкам, но в собственном смысле ангелы ясно отличаются от пророков: потому что являются к ним от лица Всевышнего и возвещают волю Его. Так являлся ангел Илии (4 Цар. 1:3,15), Даниилу (Дан. 3:49; 6:22), Захарии (Зах. 1:14).

Еще более ясные и решительные доказательства раскрываемой истины находим в Новом Завете: в изречениях как самого Спасителя, так и Апостолов.

Спаситель, например, говорит:

а) Он же сказал им в ответ: сеющий доброе семя есть Сын Человеческий; поле есть мир; доброе семя, это сыны Царствия, а плевелы — сыны лукавого; враг, посеявший их, есть диавол; жатва есть кончина века, а жнецы суть Ангелы (Матф. 13:37-39). В этом изречении ангелы представляются точно также существующими, как и Сын человеческий и мир, и сыны царствия.

б) Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного (Матф. 18:10). Здесь ангелы изображаются не только существами действительными и личными, но и поставленными в ближайшем отношении к Богу.

в) Сказываю же вам: всякого, кто исповедает Меня пред человеками, и Сын Человеческий исповедает пред Ангелами Божиими; а кто отвергнется Меня пред человеками, тот отвержен будет пред Ангелами Божиими (Лук. 12:8-9). Значит, ангелы составляют собой особый определенный класс существ, отличный от чёловеческого рода.

г) О дне же том, или часе, никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец (Марк. 13:32). Ангелы здесь представляются жителями неба, обладающими совершеннейшим ведением сравнительно с людьми и так же несомненно существующими, как существуют Отец и Сын.

д) Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей (Матф. 25:31; срав. 16:27; Лук. 9:26). Сын человеческий приидет на суд, без сомнения, сопутствуемый существами действительными.

е) В воскресении ни женятся, ни выходят замуж, но пребывают, как Ангелы Божии на небесах (Матф. 22:30). Эти слова, в которых так непререкаемо ангелы признаются существами действительными, тем более замечательны, что их изрек Спаситель перед саддукеями, отвергавшими бытие ангелов (Деян. 23:8), и таким образом засвидетельствовал, что Он предлагал учение об ангелах отнюдь не по какому либо приспособлению к ложным понятиям своих слушателей, как дерзают предполагать вольнодумцы, а единственно по непреложной истинности этого учения.

Из числа святых Апостолов достаточно выслушать свидетельства двух первоверховных:

а) Святой Петр говорит: им (Пророкам) открыто было, что не им самим, а нам служило то, что ныне проповедано вам благовествовавшими Духом Святым, посланным с небес, во что желают проникнуть Ангелы (1 Петр. 1:12). Здесь ангелы ясно отличаются от других посланников и вестников Божиих, пророков и апостолов, и представляются существами особого рода, высшими, разумно-свободными.

б) Святой Павел пишет к возлюбленному ученику своему Тимофею: пред Богом и Господом Иисусом Христом и избранными Ангелами заклинаю тебя сохранить сие без предубеждения (1 Тим. 5:21). Если, таким образом, Апостол призывает во свидетели, вместе с Богом Отцом и Господом Иисусом, ангелов: то, очевидно, приписывает им несомненное бытие.

в) А в послании к Евреям тот же Апостол, сравнивая Спасителя с ангелами, говорит: будучи столько превосходнее Ангелов, сколько славнейшее пред ними наследовал имя. Ибо кому когда из Ангелов сказал Бог: Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя…, Также, когда вводит Первородного во вселенную, говорит: и да поклонятся Ему все Ангелы Божии (Евр. 1:4-6). Отсюда также очевидно, что Апостол признавал ангелов существами действительными, и притом высшими в ряду прочих существ.

Доказательства, что Святая Церковь Христова с самого начала своего веровала в бытие ангелов, бесчисленны. Таковы — все древние символы, в которых Бог называется, между прочим, Творцом невидимого, т.е. мира духовного. Таковы же, в частности, свидетельства учителей Церкви: Иустина мученика, Афинагора, Евсевия, Василия Великого, Григория Богослова, Августина и многих других, которые приводить здесь считаем излишним, так как в веровании Церкви касательно бытия ангелов никто и никогда не сомневался.

Получив из божественного Откровения мысль, что есть еще мир духовный, кроме мира видимого, есть ангелы, здравый разум человеческий может и собственным путем приближаться, в некоторой степени, к этой истине.

История говорит нам, что вера в бытие ангелов существовала во все времена и у всех народов, при всем различии их религий, что она почти столько же всеобща в человеческом роде, как и вера в бытие Бога. Как же смотреть на это явление? Чем объяснить его? Самое естественное и непринужденное объяснение — то, что учение об ангелах перешло во все религиозные системы разных народов из религии первобытной, и есть один из остатков, хотя немало искаженный, того первоначального Откровения, которое даровано было Богом еще праотцам рода человеческого в раю, и потом распространилось от них между всеми их потомками.

В мире вещественном мы видим чрезвычайное множество и разнообразие существ, замечаем между ними различные степени и классы, одни других высшие, одни других совершеннейшие; можем ли по аналогии не заключать, что нечто подобное должно быть и в мире духовном, — что, кроме души человеческой, которая одна только известна нам, как дух, должны существовать и другие бесчисленные духи и классы духов, которые так же возвышаются одни над другими по степени совершенств и как бы образуют непрерывную лестницу, начинающуюся с души человеческой и восходящую до Бога? По крайней мере, совершенно невероятно, чтобы весь мир духовный ограничивался только душами человеческими, когда вещественный мир так изумительно велик и разнообразен.

Если целью мира и здравый разум не может не признать, с одной стороны, славы Творца, а с другой — счастья и блаженства тварей (§ 59), то и в этом отношении представляется необходимым существование духов. Как ни много совершенств своих проявил Господь и в создании тварей вещественных, но сами эти создания неспособны понимать проявленные в них совершенства Божии и славословить своего Творца. Как ни обильно излил Он и на них блага жизни, но наибольшая часть существ мира вещественного не имеет способности даже чувствовать собственное бытие, а другие хотя способны чувствовать бытие, но не в состоянии сознавать его разумно и наслаждаться им сознательно. Одни существа духовно-разумные способны понимать совершенства своего Творца, проявленные как в них самих, так и в создании мира вещественного; одни они могут прославлять Его и словом разумным и благочестивой жизнью; одни они способны не только чувствовать, но и сознавать раздельно всю сладость бытия и наслаждаться истинным счастьем и блаженством.

§ 64. Происхождение ангелов от Бога и время их происхождения

Известно, что священный Бытописатель, изображая творение мира, не сказал ясно о происхождении ангелов. И это, как полагали Святые Отцы Церкви, по двум причинам: во-первых — потому, что, вследствие неспособности тогдашних Иудеев возвышаться к предметам сверхъестественным, Моисей имел в виду начертать перед своими соплеменниками историю только мира видимого, чтобы научить их, по крайней мере, через ряд доступных им предметов, познавать истинную Причину всего существующего; а во-вторых — потому, что не безопасно было говорить с ясностью о бытии высших, духовных существ таким людям, которые еще не довольно были утверждены в истине единства Божия, и склонны были впадать в многобожие и идолопоклонство. Не смотря, однако, на умолчание Моисея о сотворении Богом ангелов, истина эта несомненно проповедуется в Слове Божием. Она выражена:

а) В тех местах, где говорится, что все, существующее вне Бога, получило бытие от Него. Например: Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть (Иоан. 1:3); Ибо все из Него, Им и к Нему (Рим. 11:36); всякий дом устрояется кем-либо; а устроивший всё есть Бог (Евр. 3:4; срав. Еф. 3:9; Откр. 4:11).

б) Прямее и яснее — в словах Ездры: Ты, Господи, един, Ты создал небо, небеса небес и все воинство их, землю и все, что на ней, моря и все, что в них, и Ты живишь все сие, и небесные воинства Тебе поклоняются (Неем. 9:6). Здесь под именем все воинство их (небес), сотворенного Богом, разумеются ангелы, которые, действительно, называются этим именем в Священном Писании (Лук. 2:13), и изображаются окружающими престол Всевышнего и поклоняющимися Ему (Ис. 6:3; Откр. 7:11; Пс. 96:7).

в) Наконец, со всею ясностью — в словах Апостола: Им создано всё, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, — все Им и для Него создано (Кол. 1:16). Невидимое означает здесь мир духовный, в противоположность миру видимому, вещественному, и престолы, господства, начала и власти — суть имена чинов ангельских, как видно из других подобных мест (1 Петр. 3:22; Ефес. 1:20-21).

Верование Церкви, что Бог есть Творец и невидимых, т.е. Творец мира духовного, известное из ее символов, ясно исповедали разные учители ее в своих писаниях. Например —

а) Ириней: «Бог сотворил все, как хотел, даруя всем приличное устройство, порядок и начало бытия: существам духовным — природу духовную и невидимую, небесным — небесную, ангелам — ангельскую, животным — животную…, и все, что ни произвел, произвел всемогущим словом;»

б) Евсевий: «когда Бог восхотел разделить многим сокровища своих богатств, и вознамерился произвести на свет всякую тварь разумную, то произвел разные бесплотные, мыслящие и божественные силы, ангелов и архангелов, духов, непричастных веществу и совершенно чистых;»

в) Амвросий: «Творца ангелов, господств и властей мы легко узнаем в Том, кто мановением силы своей произвел из ничего такой прекрасный мир, прежде не существовавший;»

г) Феодорит: «что ангелы сотворены Всезиждителем Богом, тому мы верим на основании свидетельств Писания;»

д) Августин: «что и ангелы сотворены Богом, о том весьма ясно сказало нам Божественное откровение.»

Но не так ясно говорит Божественное откровение о том, когда именно Бог сотворил ангелов. Из всех мнений касательно этого предмета, существовавших между Христианами, только одно имеет основание в Слове Божием, — мнение, которого потому держалась наибольшая часть Отцов и учителей Церкви, и признает истинным сама православная Церковь. Оно состоит в следующем: «ангелы сотворены Богом прежде всего и вообще мир духовный прежде мира вещественного.» Основание для этого учения находится:

а) С одной стороны в первых словах священного Бытописателя: в начале сотворил Бог небо и землю (Быт. 1:1)… Здесь под именем неба нельзя разуметь твердь или вообще то, что обыкновенно называется небом, ибо небо видимое со всеми своими пространствами и светилами сотворено после (Быт. 1:6; 8:14-17). И как под землей надобно понимать не одну собственно землю, а и вообще вещество, из которого потом, в продолжение шести дней, Бог образовал мир вещественный — так и под небом, по противоположности, естественно разуметь собственно духов, которые обыкновенно представляются в Писании населяющими небо (Кол. 1:16). Догадка тем более вероятная, что небу Моисей вовсе не приписывает того нестроения, какое приписывает земле или первобытному веществу, и, таким образом, ясно различает и противополагает их между собой. Если это справедливо, то значит ангелы сотворены прежде всего, когда кроме Бога ничто еще не существовало, и послужили началом всего творения Божия.

б) А с другой стороны — в словах самого Бога к Иову: при общем ликовании утренних звезд, когда все сыны Божии восклицали от радости (Иов. 38:7). Ангелами, или (по еврейскому тексту) сынами Божиими в настоящем месте несомненно названы ангелы в собственном смысле, духи бесплотные, потому что этим именем они еще прежде двукратно названы в той же книге Иова (1:6; 2:1). Между тем они признаются здесь уже существующими и славословящими Бога в день четвертый, когда сотворены были звезды; значит, предполагаются сотворенными прежде.

Из святых Отцов и учителей Церкви несомненно признавали ангелов сотворенными прежде мира вещественного:

Святой Василий Великий: «Еще ранее бытия мира было некоторое состояние, приличное премирным силам, превысшее времени, вечное, присно продолжающееся. В нем-то Творец и Зиждитель всяческих совершил создания — мысленный свет, приличный блаженству любящих Господа, разумные и невидимые природы и все украшение умосозерцаемых тварей, превосходящих наше разумение, так что нельзя изобрести для них и наименований. Они-то наполняют собой сущность невидимого мира, как научает нас Павел, говоря: ибо Им создано всё, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли (Кол. 1:16), и ангельские воинства, и архангельские чиноначалия. А когда уже стало нужно присоединить к существующему и сей мир — главным образом училище и место образования душ человеческих, а потом и вообще местопребывание для всего подлежащего рождению и разрушению, тогда произведено сродное миру и находящимся в нем животным и растениям преемство времени, всегда поспешающее и протекающее, и нигде не прерывающее своего течения.»

Святой Григорий Богослов. «Так как для Доброты не довольно было упражняться только в созерцании Себя самой, а надлежало, чтобы добро разливалось, шло далее и далее, чтобы число облагодетельствованных было как можно большее (ибо сие свойство высочайшей доброты), то Бог измышляет прежде всего (πρώτον) ангельские и небесные силы, и мысль стала делом, которое исполнено Словом и совершено Духом… Поскольку же первые твари были Ему благоугодны, то измышляет другой мир — вещественный и видимый; и это есть стройный состав неба, земли и того, что между ними.»

Святой Иоанн Златоуст: «(Бог) сотворил ангелов, архангелов и прочие естества бесплотных, и сотворил не почему-либо другому, а по одной доброте… После сотворения их создал также человека и весь этот (т.е. видимый) мир по той же самой причине.’

Святой Амвросий: «Ангелы, господства и власти, хотя и приняли некогда свое начало, однако уже существовали, когда сотворен был сей мир.» И в другом месте: «Херувимы и серафимы прежде самого начала мира взывали сладостным гласом: свят, свят, свят…»

Блаж. Иероним: «нашему миру не исполнилось еще и шести тысяч лет (разумеется, до того времени, когда жил блаж. Иероним). А сколько, должно полагать, и до него протекло вечностей (aeternitates), сколько времен, сколько неисчетных веков, в продолжение которых ангелы, престолы, власти и прочие силы служили Господу и существовали по воле Его, без всякого измерения и перемены времен.»

Те же мысли разделяли: святой Дионисий Ареопагит, Ориген, Цезарий, Иларий, святой Григорий Великий, Анастасий Синаит, святой Иоанн Дамаскин, Фотий, святой Димитрий Ростовский и другие.

Все прочие мнения касательно времени происхождения ангелов неосновательны и произвольны. Так —

а) Мнение, будто ангелы произошли вдруг по сотворении первобытного вещества еще до образования из него мира видимого, состоит в следующем: «в начале сотворил Бог небо, землю и воду из ничего, и когда еще тьма покрывала воду, а вода землю, — сотворены ангелы и все небесные силы, чтобы доброта Творца не оставалась праздной, а имела бы, на ком проявлять себя в продолжение многих времен (spatia): и затем сотворен и украшен сей видимый мир из вещества, созданного Богом.» Т.е. мнение это основывается:

аа) на мысли, будто между первоначальным сотворением неба и земли и последовавшим шестидневным творением видимого мира протекло много времени, и —

бб) на умствовании, что если бы в этот промежуток времени Бог не сотворил ангелов, то доброта Его оставалась бы праздной. Но чем подтвердить мысль первую? Откуда известно, долго ли или не долго находилось первозданное вещество в состоянии хаотическом? А если и долго, что значит это долгое время перед той вечностью, которая предшествовала бытию мира, и когда Бог существовал один? Ужели же должно сказать, что доброта Его оставалась тогда праздной? Или для устранения этой мысли допустить, что мир создан Богом от вечности?

б) Мнение, будто ангелы получили бытие в день первый, основывается на том, что в первый день сотворил Бог свет, а ангелы представляются с огненной или световидной природой. Но этот первозданный свет был чувственный, потому что тогда же произвел день; и представлять ангелов с природой огненной или облеченными в какое либо, даже тончайшее, тело, как увидим, несправедливо.

в) Наконец, мнение, будто ангелы получили бытие уже по создании всего мира и человека, думают выводить из той постепенности, с какой, по описанию Моисея, восходил Бог, при творении, от существ менее совершенных к более совершенным. Но кто дал нам право распространять этот закон постепенности от мира видимого и на мир духовный, когда, напротив, священный Бытописатель ясно говорит, что Бог, по создании человека — царя природы, почил в день седьмый от всех дел Своих (Быт. 2:2), и следовательно, не творил никого более?

§ 65. Природа ангелов

По природе своей ангелы суть духи бесплотные, более совершенные, чем душа человеческая, но ограниченные в пространстве и могуществе.

1) Ангелы суть духи. Так учит Священное Писание —

а) когда говорит об ангелах вообще: не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение (Евр. 1:14);

б) когда, в частности, приписывает им существенные свойства духа: ум и волю, упоминая о желании их проникнуть в тайну нашего искупления (1 Петр. 1:12), о неведении ими последнего дня мира (Марк. 13:32) и об их святости (Матф. 25:31);

в) когда изображает их созерцающими (Матф. 18:10) и славословящими Бога (Ис. 6:3), творящими волю Его (Пс. 102:20), радующимися о спасении грешников (Лук. 15:10), и вообще живущими и действующими так, как могут действовать только существа разумно-свободные (Гал. 1:8; 1 Тим. 5:21). Так же точно учили об ангелах и древние учители Церкви. «Желаешь знать, говорит, например, блаж. Августин, имя его (ангела) природы? Это — дух. Желаешь знать его должность? Это — ангел. По существу своему он — дух, а по деятельности — ангел.» Впрочем учение Отцов об этом предмете столь несомненно, что излишне было бы его доказывать.

2) Ангелы суть духи бесплотные. И эта мысль, если не прямо выражена в Священном Писании, по крайней мере открывается из сравнения разных мест его. В одном месте оно свидетельствует, что ангелы суть духи — πνεύματα (Евр. 1:14), точно так, как и о Боге говорит: Бог есть Дух — πνεύμα (Иоан. 4:24). В другом — объясняет, что дух — πνεύμα костей и плоти не имеет (Лук. 24:39), — даже и такой плоти, какова была плоть Христа Спасителя по воскресении, плоть прославленная, в которой Он мог входить к ученикам своим дверями запертыми (Иоан. 20:19). В третьем — замечает собственно касательно ангелов, что они, в противоположность людям, облеченным плотью, ни женятся, ни выходят замуж (Матф. 22:30), что они даже не могут умирать (Лук. 20:35-36). И если бы ангелы были облечены какой либо плотью, как облечены люди, то почему, спрашивается, Слово Божие нигде прямо не упоминает о теле ангелов, а называет их духами, тогда как людей нигде прямо не называет духами, но, приписывая им дух или душу, приписывает вместе и тело?

Правда, есть в Библии сказания, что ангелы нередко являлись людям в чувственных образах: но и сам Бог, по свидетельству Библии, являлся иногда в чувственном же виде. Это значит только, что как Бог, так и ангелы, по воле Его, могут по временам принимать на себя какой либо видимый для человека образ. Но выводить отсюда, будто ангелы или Бог постоянно облечены телом, было бы неосновательно. Упоминается еще в Священном Писании о языке ангелов, которым они славословят Бога, окружая престол Его (Ис. 8:1-3; 1 Кор. 13:1). Но как под именем престола Божия, без сомнения, нельзя разуметь престола вещественного, на котором будто бы Бог восседит, подобно царям земным, так, конечно, и языка ангелов и их славословия не следует понимать в смысле чувственном — все это только образное представление предметов духовных, которые иначе не могут быть доступны понятиям человека. Потому-то и воспеваем мы вместе со Святой Церковью: «бестелесными устнами и умными усты ангельстии чини непрестанное пение приносят твоему неприступному Божеству, Господи.» Мысль о бесплотности ангелов была самой господствующей мыслью у святых Отцов и учителей Церкви. Ее встречаем:

а) у святого Афанасия: «ангел есть существо разумное, невещественное (άϋλον), песнословящее, бессмертное;»

б) у святого Григория Нисского: «вся тварь разумная разделяется на бестелесное (άσώματον) естество и на облеченное плотью, — бестелесное есть естество ангельское; другой вид — это мы, люди;»

в) у святого Иоанна Златоуста: «сотворил (Бог) ангелов, архангелов и прочие естества бесплотныt;»

г) у блаж. Феодорита: «если бы образ Божий состоял в невидимости души, то скорее были бы названы образами Божиими ангелы, архангелы и все бесплотные и святые естества, так как они вовсе не имеют тел, и обладают совершенной невидимостью;»

д) у святого Иоанна Дамаскина: «ангел есть существо разумное, свободное, бестелесное, служащее Богу… Будучи умами (νόες), ангелы и существуют в местах мысленных (νοητοϊς), не ограничиваясь телесно, ибо по естеству не облечены плотью и не имеют протяжения, но духовно (νοητώς) присутствуют и действуют там, где им повелено.» Встречаем также эту мысль — у Василия Великого, Григория Богослова, Лактанция, Евсевия, Дидима, Льва Великого, Фульгенция, Григория Великого и других.

Касательно же тех изречений отеческих, в которых ангелам приписывается какая либо вещественность, надо заметить следующее:

а) Одни из древних Христианских учителей, усвояя ангелам телесность, хотели сказать только, что ангелы имеют действительное (реальное) бытие: тело (σώμα, corpus) у этих учителей означало сущность или существо (ούσία, substantia), и потому они иногда называли телесным даже Бога, как заметил еще блаж. Августин о Тертуллиане. Здесь, следовательно, мысль верная, а неточность только в слове.

б) Другие называли ангелов телесными в том смысле, что хотя они не облечены никакою плотью, но самая духовность их природы имеет свои границы и сравнительно с природой Бога, Существа высочайшего, является как бы дебелой и вещественной. Так, святой Иоанн Дамаскин, определив, что ангел есть существо бестелесное, присовокупляет: «впрочем, бестелесным и невещественным называется ангел только по сравнению с нами. Ибо в сравнении с Богом, единым несравнимым, все оказывается грубым и вещественным; одно Божество всецело (όντως), невещественно и бестелесно.» Мысль частная, но благочестивая, проистекающая, очевидно, из понятия о совершеннейшей духовности Божией, и нимало не исключающая догматического учения Церкви, что ангелы суть духи, не облеченные плотью.

в) Третьи приписывали ангелам телесность в том смысле, что они, как существа ограниченные, необходимо определяются местом и не могут быть в одно время везде. «Потому, говорит блаж. Августин, мы называем разумные природы телесными, что они описываются местом, подобно душе человеческой, заключенной в теле.» Значит, и эта мысль, присваивающая ангелам телесность только в смысле переносном, не исключает правильности учения о бесплотности ангелов.

После изложенных замечаний остается уже самое ограниченное число древних учителей, которые, по видимому, приписывали ангелам тело в собственном смысле, хотя и тончайшее, эфирное или огненное, именно: Иустин мученик, Ориген, Мефодий, Феогност. Но это мнение их и должно считать только частными мнением немногих.

3) Ангелы суть духи более совершенные, чем душа человеческая, но ограниченные. Совершеннейшие, но ограниченные:

а) По природе своей вообще. Прямо и ясно выражена эта мысль в словах Псалмопевца, что человек не много умален пред Ангелами (Пс. 8:6), которые следовательно, хотя и выше человека, но только немногим… Необходимо предполагается она у апостола Павла в двух случаях: во-первых, когда Апостол доказывает Божественное величие единородного Сына Божия, между прочим, тем, что Он есть лучший самих ангелов (Евр. 1:4-14); а во-вторых, когда, изображая славу Искупителя человека, в которую вошел Он после дней плоти своей, по вознесении на небеса, говорит, что Ему покорились Ангелы и Власти и Силы (1 Петр. 3:22), что Бог Отец посадил Его одесную Себя на небесах, превыше всякого Начальства, и Власти, и Силы, и Господства, и всякого имени, именуемого не только в сем веке, но и в будущем (Еф. 1:21). В том и другом случае Апостол, очевидно, признает ангелов высшими в ряду созданий Божиих, ближайшими к Богу, но однако низшими самого Бога.

б) По своему уму. Спаситель сказал Апостолам, когда они спрашивали Его о последнем дне мира: о дне же том, или часе, никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец (Марк. 13:32). Отсюда видно и то, что ангелам доступно большее ведение, нежели человеку, и то, что это ведение имеет свои пределы. Из других мест Священного Писания можем заключать, в частности, что ангелы —

аа) не знают вполне существа Божия: потому что Божьего никто не знает, кроме Духа Божия (1 Кор. 2:11);

бб) не проникают в тайны сердца человеческого: ибо Ты один знаешь сердце всех сынов человеческих (3 Цар. 8:39; Иер. 17:9);

вв) не знают и не могут сами по себе предсказывать будущего случайного, потому что и это преимущество усвояет одному Себе сам Господь Бог (Ис. 44:7);

гг) не знали вполне великой тайны нашего искупления (Еф. 2:10), и доселе стараются в нее приникнуть (1 Петр. 1:12).

в) По своей крепости и могуществу. Слово Божие и прямо свидетельствует, что Ангелы, превосходят нас крепостью и силою (2 Петр. 2:11; срав. Пс. 102:20), и свидетельствует о разных опытах их изумительной силы, каковы, например, избиение ангелом в одну ночь всех первенцев египетских, или избиение также в одну ночь 185 тысяч ассирийского войска (4 Цар. 19:35; срав. Деян. 5:19; 12:7,11). Впрочем, это могущество ангелов имеет свои границы и не простирается до того, чтобы они сами собой могли творить чудеса: Благословен Господь Бог, Бог Израилев, един творящий чудеса (Пс. 71:18).

Святые Отцы и учители Церкви, за исключением одного или двух, единодушно признавали ангелов существами, высшими человека, и приписывали им большее ведение, большее могущество. Но вслед за Священным Писанием утверждали, что и ведение и могущество ангелов ограничены, что ангелы не знают вполне ни Бога, ни сердца человеческого, ни будущего случайного, ни тайны нашего искупления, что они не в состоянии сами творить чудес.

Не можем, наконец, обойти молчанием особенности, встречающейся в учении отеческом о природе ангелов. Ангелы, как выражались некоторые учители Церкви, сотворены по образу Божию: — мысль, ясно не изложенная в Священном Писании, но тем не менее справедливая. Она вытекает из всего библейского учения о том, что ангелы, по естеству своему, суть духи, подобно тому, как Бог, Творец их, есть Дух высочайший; что они одарены умом и свободой, подобно тому, как Творец их обладает совершеннейшим умом и высочайшей свободой, и что следовательно, они отражают в своей природе образ своего Создателя.

§ 66. Число ангелов и степени: небесная иерархия

1.Мир ангельский представляется в Священном Писании необычайно великим. Один из тайнозрителей Ветхого Завета видел сон и пророческие видения, что, когда поставлены были престолы, и воссел Ветхий днями, тысячи тысяч служили Ему и тьмы тем предстояли пред Ним (Дан. 7:1,9-10). Другой тайнозритель, новозаветный, также видел, и слышал голос многих Ангелов вокруг престола… и число их было тьмы тем и тысячи тысяч (Откр. 5:11). Многочисленное воинство небесное восхвалило пришествие на землю Сына Божия для искупления рода человеческого (Лук. 2:13). Более, нежели двенадцать легионов Ангелов упомянул Сам Христос перед учениками своими, когда взят был слугами архиерейскими в саду Гефсиманском (Матф. 26:53). Се, идет Господь со тьмами святых Ангелов Своих — сотворить суд над всеми и обличить всех между ними нечестивых (Иуд. 14; срав. Матф. 16:27; 24:31; 25:31). C тьмами ангелов вступает в общение и каждый человек, истинно верующий во Христа Спасителя (Евр. 12:22).

Для объяснения такой многочисленности ангелов многие учители Церкви пользовались притчей Спасителя о том человеке, который, имея сто овец и потеряв одну из них, оставляет в пустыне девяносто девять и пойдет за пропавшею, пока не найдет ее (Лук. 15:4; Матф. 18:12). «Эта единая овца заблудшая, говорили они. означает весь род человеческий, а девяносто девять не заблудших — множество ангелов небесных.» Другие же вообще утверждали, что «бесчисленно блаженное воинство премирных умов,» что «оно превосходит малый и недостаточный счет употребляемых нами чисел;» что есть «десятки тысяч мириад ангелов, десятки сот тысяч архангелов. столько же престолов, господств, начал и властей, и бесконечное множество бесплотных сил.» «Представь, говорит святой Кирилл Иерусалимский. как многочислен народ римский; представь, как многочисленны другие народы грубые, ныне существующие, и сколько их умерло за сто лет; представь, сколько погребено за тысячу лет; представь людей, начиная от Адама до настоящего дня: велико множество их, но оно еще мало в сравнении с ангелами, которых более. Их девяносто девять овец; а род человеческий есть одна только овца; по обширности места должно судить и о многочисленности обитателей. Населяемая нами земля есть как бы некоторая точка, находящаяся в средоточии неба: посему окружающее ее небо столь же больше имеет число обитателей, сколько больше пространство; а небеса небес содержат их необъятное число. Если написано: тысячи тысяч служили Ему и тьмы тем предстояли пред Ним (Дан. 7:10); это не потому, чтобы такое именно было число ангелов, но потому, что большего числа Пророк изречь не мог.»

2. При такой многочисленности ангелов естественно предполагать между ними взаимное различие и думать, что как в мире вещественном, премудро устроенном от Бога, есть особые классы существ, хотя однородных по естеству, но различающихся между собой степенью совершенств, так точно должны быть свои классы, свои степени существ и в мире ангельском. духовном: и святой апостол Павел не оставляет в том никакого сомнения. Говоря, что ангелы сотворены Сыном Божиим, этот учитель языков выражается: ибо Им создано всё, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, — все Им и для Него создано (Кол. 1:16). Самый тон речи, а вместе разделительная частица: ли, или, ε’ίτε, всегда показывающая различие, а не сходство, свидетельствуют, что здесь исчисляются различные классы сил небесных. В другом месте, изображая славу Спасителя по вознесении Его на небеса, замечает, что Отец посадил Его одесную Себя на небесах, превыше всякого Начальства, и Власти, и Силы, и Господства, и всякого имени, именуемого не только в сем веке, но и в будущем (Еф. 1:20-21; срав. 3:10; 1 Петр. 3:22). В третьем свидетельствует об истинных Христианах: ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем (Рим. 8:38-39). Предположить, будто во всех этих случаях разные имена, даваемые Апостолом ангелам, суть только повторения одного и того же имени, и не означают разных степеней ангельских, было бы

Иеромонах Серафим (Роуз)

Православное учение об ангелах

Из книги «Душа после смерти»

Мы знаем со слов Самого Христа, что в момент смерти душу встречают Ангелы: Умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово (Лк. 16, 22). Читать далее Иеромонах Серафим (Роуз)

Л. В. Литвинова. Иеремиил. Статья из «Православной энциклопедии»

Л. В. Литвинова

Иеремиил

Статья из «Православной энциклопедии»

Архангел Иеремиил. Фрагмент иконы Божией Матери «Честнейшая Херувим». 1836 г. (частное собрание, Германия)

Архангел Иеремиил. Фрагмент иконы Божией Матери «Честнейшая Херувим».
1836 г. (частное собрание, Германия).

Иеремиил [евр. — высота Божия, возвышение Божие], архангел (7-й из 7, имена которых известны из Священного Писания или сохраняются в Священном Предании, иногда вместо него 7-м называется Варахиил; ср.: Тов 12. 15) (память 8 ноября), упоминается в неканонической книге Библии — Третьей книге Ездры. Он посылается от Бога к человеку, дабы содействовать возвышению, возвращению человека к Богу. Архангел Божий не только приоткрывает мрачную перспективу греховного мира, но и помогает узреть в умирающем мире святые зерна жизни вечной (ср.: Ин 12. 24).

Иеремиил присутствовал при 1-й беседе архангела Уриила с ветхозаветным священником Ездрой и отвечал последнему на вопрос о знамениях, предшествующих концу грешного мира, и о начале вечного царства праведников. «Как же и когда это будет?» — вопрошал праведный Ездра. Иеремиил отвечал: «Когда исполнится число семян в вас, ибо Всевышний на весах взвесил век сей, и мерою измерил времена, и числом исчислил часы, и не подвинет и не ускорит до тех пор, доколе не исполнится определенная мера» (3 Езд 4. 33, 36-37). Т. е. Бог заранее определил, когда этот временный мир прекратит свое существование, и этот срок не может быть изменен.

Ездра обратился к Иеремиилу: «…покажи мне: имеющее прийти более ли того, что прошло, или сбывшееся более того, что будет?» (3 Езд 4. 45). С помощью подобий — прошедшего пламени и оставшегося дыма, прошедшего облака, сильного дождя и оставшихся после него капель — Небесный посланник открывал праведнику, что уже прошла большая часть того времени, которое отпущено Богом этому миру от его сотворения до его кончины («…как дождь более капель, а огонь больше дыма, так мера прошедшего превысила…» — 3 Езд 4. 50; ср.: «…век разделен на двенадцать частей, и девять частей его и половина десятой части уже прошли…» — 3 Езд 14. 11).

Тогда праведный Ездра спросил Иеремиила, доживет ли он до этих дней «и что будет в эти дни»? (Ездра жил в V в. до Р. Х.; Третья книга Ездры, как считают исследователи, относится предположительно к I в. по Р. Х.). На это Иеремиил отвечал: «…о знамениях, о которых ты спрашиваешь меня, я отчасти могу сказать тебе, а о жизни твоей я не послан говорить с тобою, да и не знаю» (3 Езд 4. 51-52). Архангел Божий поведал Ездре о многих событиях, которые должны случиться перед концом мира, называя их знамениями. «…Многие из живущих на земле, обладающие ведением, будут восхищены, и путь истины сокроется, и вселенная оскудеет верою, и умножится неправда…» (3 Езд 5. 1).

Иеремиил изображается держащим в правой руке весы.

См. также статьи Ангелология, Архангел.

Полная версия статьи

ИеремиилУриил8/21 ноября — Собор Архистратига Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных, Архангелов: Гавриила, Рафаила, Уриила, Селафиила, Иегудиила, Варахиила и ИеремиилаПрирода и назначение ангельского мира Как изобразить непостижимое?

Ангелология

Ангелология

Статья из II тома «Православной энциклопедии»

Ангелология

Ангелология. От греч. angelos – «ангел» и logos – «учение», т. е. ангелология – учение об ангелах. В его основе лежит Божественное Откровение, содержащее сведения о духовном мире. Значительная часть этих сведений заключена в Священном Писании Ветхого Завета. При этом ветхозаветное Откровение об ангелах находится в тесной связи с мессианскими чаяниями Израиля. На ранних этапах священной истории, когда мессианская идея лишь входила в сознание людей, упоминания об ангелах встречаются довольно редко. Причем в ряде случаев невозможно с полной уверенностью определить, относятся ли наименования malakh elohim (евр.– «вестник, или ангел, Господень») и malakh yhwh (евр.– «вестник, или ангел, Ягве» – см. Ангел Господень) действительно к ангелам, или же они свидетельствуют о тех или иных видах Теофании (Богоявления). Один из таких случаев – посещение Авраама тремя странниками (Быт 18), в образе которых усматривают явление как Св. Троицы (свт. Амвросий Медиоланский, свт. Афанасий Александрийский, блж. Августин), так и Господа, а именно Второго Лица Троицы, с двумя ангелами (св. Иустин Философ, Тертуллиан, св. Ириней Лионский, Евсевий Кесарийский, свт. Иоанн Златоуст) или трех ангелов (подробнее см. в ст. «Авраам»). В позднейшие ветхозаветные времена, когда усилились мессианские ожидания, явления ангелов людям стали более частыми и разнообразными, что послужило интенсивному развитию А.

Архангел Гавриил. Русская икона. Источник: прислано посетителем нашего сайта

Служение ангелов

Служение ангелов. В Божественном Откровении постоянно подчеркивается служебная миссия ангелов. Об этом свидетельствует уже само название «ангел» (греч. – angelos), т. е. вестник. Оно указывает не на природу существа, носящего это название, а на род его служения. Ангелы, по ап. Павлу, «служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение» (Евр 1. 14). Они служат Богу, воспевая песнь (серафимы в Книге пророка Исайи (6. 3), предстоят пред Богом, когда Он объявляет Свою волю (Иов 1. 6), являются по повелению Божию для помощи человеку (Ис 6. 7) или для его наказания (2 Цар 24. 16), объявляют будущие судьбы народу (Дан 8. 16–26) и приносят Богу его молитвы (Тов 12. 12; Откр 5. 8; 8. 3). Явления ангелов сопровождают многие евангельские события: архангел Гавриил передает благую весть Захарии и Деве Марии (Лк 1. 19; 26), ангелы славословят Рождество Христово (Лк 2. 9–14), помогают Спасителю в Его гефсиманском борении (Лк 22. 43), возвещают о Его Воскресении (Мф 28. 5–7), разъясняют апостолам смысл Вознесения Иисуса Христа (Деян 1. 10–11). Наконец, охраняя Церковь, они продолжают под водительством архистратига Михаила брань, ведущуюся от начала времен против сатаны (Откр 12. 7–9), а в конце времен будут сопровождать Христа во время Его Второго пришествия (Мф 16. 27; 24. 30–31; 25. 31). Между миром земным и миром небесным существует глубокая молитвенная связь. Ангелы служат Богу (Откр 4. 6–8) и участвуют в богослужении Церкви («Ныне силы небесныя с нами невидимо служат» – Херувимская песнь литургии Преждеосвященных Даров). Церковь же при совершении Божественной литургии поет «Трисвятую песнь, тайно образующе» (т. е. таинственно изображая) херувимов.

Происхождение ангелов

Происхождение ангелов. Ангельский мир сотворен Богом, потому что «Им создано всё, что на небесах и на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли,– все Им и для Него создано» (Кол 1. 16). Упоминаемые здесь престолы, господства, начальства (начала) и власти являются ангельскими чинами и входят в состав небесной иерархии. Косвенное свидетельство о создании Богом ангелов многие святые отцы усматривают в 1-м стихе 1-й гл. кн. Бытия («В начале сотворил Бог небо и землю»), где под «небом» они разумеют мир ангельский, а под «землей» – мир вещественный (Aug. De Gen imp. III).

Относительно времени создания ангелов в Библии нет прямых указаний. Большинство святых отцов считают, что ангелы сотворены до создания вещественного мира. Св. Амвросий Медиоланский пишет: «Ангелы, господства и власти, хотя и прияли некогда свое начало, однако же уже существовали, когда сотворен был сей мир» (PL. 15. Col. 1262). Свт. Григорий Богослов, размышляя о Божественной благости, стремящейся к тому, «чтобы благо разливалось, шло далее и далее, чтобы число облагодетельствованных было как можно большее», указывает, что «Бог измышляет, во-первых, ангельские и небесные силы. И мысль стала делом, которое наполнено Словом и совершено Духом… Поскольку же первые твари были Ему благоугодны, то измышляет другой мир – вещественный и видимый…» (Greg. Nazianz. Or. 38, in Theoph.). Особого мнения по этому вопросу придерживался блж. Феодорит. Он считал, что ангелы сотворены одновременно с созданием вещественного мира, т. к., согласно его утверждению, они «ограничены местом», т. е. пространством. Последнее же возникло в то же время, что и вещественный мир. Однако блж. Феодорит не настаивает на своем мнении. «Говорю же сие,– пишет он,– не утвердительно, ибо смелым признаю утверждать решительно, о чем не говорит в точных словах Божественное Писание» (Theodoret. In Gen.).

Предположение о том, что ангельский мир появился еще до создания человека, выводится из факта искушения первых людей. Поскольку Адама и Еву искушал в образе змея падший ангел, следов., не только создание ангелов, но и падение части их произошло до появления человека (Aug. De Gen. imp. XI 16).

Природа ангелов

Природа ангелов. Если о служении ангелов в Божественном Откровении содержится много сведений, то об их природе в нем почти ничего не сказано. «Вид и определение» ангельской сущности, по замечанию прп. Иоанна Дамаскина, «знает один только Создатель» (Ioan. Damasc. De fide orth. II 3 (17)). В своем служении ангелы обнаруживают себя как разумно-свободные существа, носящие в себе образ Божий (Ibidem). Священное Писание называет их «духами» (Евр 1. 14) и относит к «невидимому» миру (Кол 1. 16). В святоотеческой литературе и в литургических текстах ангелы определяются как «бесплотные духи», что находит основание в словах Христа «дух плоти и костей не имеет» (Лк 24. 39).

То, что ангелы не имеют «плоти и костей», т. е. человеческого или животного тела, не подвержены плотским нуждам, не подвластны физическим и физиологическим законам, в христианстве признается всеми. Но имеют ли они к.-л. др. тело? На этот вопрос даются разные ответы. Многие отцы Церкви утверждают, что ангелы не являются существами «чисто духовными», и признают некую ангельскую телесность: св. Иустин (Apol. II 5), Татиан (Contr. graec. 12), Афинагор (Legat. pro christian. 24), Тертуллиан (De carne Christ. 6; De resurrect. 36, 62), Ориген (De princip. I 6. 4; II 2. 1–2; IV 35), Феогност (cf.: Phot. Bibl. Cod. 106), свт. Мефодий Патарский (cf.: Ibid. Cod. 234), свт. Василий Великий (De Spirit. Sanct. 16). Так, прп. Иоанн Дамаскин пишет: «Бестелесною же она (ангельская природа. – М. И.) называется, также и невещественною по сравнению с нами, ибо все, сопоставляемое с Богом, Который один только – несравним [ни с чем], оказывается и грубым, и вещественным, потому что одно только Божество поистине – невещественно и бестелесно» (Ioan. Damasc. De fide orth. II 3 (17)). Эта т. зр. была высказана и на Всел. VII Соборе, когда встал вопрос о возможности изображения ангелов на иконе: «Что касается ангелов и архангелов и других святых сил, высших их,– присовокуплю к этому и наши человеческие души, –то кафолическая Церковь признает их разумными, но не совершенно бестелесными… только имеющими тела тонкие, воздухообразные и огнеобразные, согласно сказанному в Писании: «творяй ангелы Своя духи и слуги Своя огнь палящ» (Евр 2. 7)» (ДВС. Т. 4. С. 494).

Идея же бестелесности ангелов получила широкое распространение в Западной Церкви и в конце концов, по замечанию В. Н. Лосского, восторжествовала там вместе с томизмом (Догматическое богословие. С. 251). Начиная с XVII в. под влиянием введенного Декартом противопоставления «протяженной субстанции» и «мыслящей субстанции» развитие этой идеи было продолжено, в результате чего ангельская природа стала восприниматься как явление «мыслящей субстанции», которая совершенно отделена от субстанции «протяженной».

Мнение об абсолютной бестелесности ангелов в Русской Церкви в сер. XIX в. отстаивал свт. Феофан Затворник, который полемизировал со свт. Игнатием (Брянчаниновым), признававшим некую ангельскую телесность. Вышеприведенное высказывание прп. Иоанна Дамаскина свт. Феофан не считал аргументом в пользу телесности ангелов и полагал, что «грубым и вещественным» ангельское естество названо в этом высказывании не потому, что оно якобы имеет тело, а в связи с тем, что оно сравнивается здесь с Божественным естеством – абсолютно духовным и абсолютно невещественным. Такое толкование святоотеческого текста еп. Феофан пытается обосновать с помощью приводимой им аналогии: «Как с ярко освещенного солнцем надворья вошедши в не так светло освещенную комнату, находят ее мрачною, или как разгоряченною в горячей воде рукою коснувшись теплой воды, находят ее холодною», так и ангельское естество «оказывается грубым и вещественным», «когда взглянешь (на него.– М. И.) после созерцания ни с чем несравнимого Божеского естества» (Душа и ангел. С. 24–25).

В этом же смысле свт. Феофан объясняет и др. места из творений святых отцов, где говорится о телесности ангелов, и в частности из «Духовных бесед» прп. Макария Великого: «Всякая тварь: и ангел, и душа, и демон по собственной природе своей есть тело, потому что, хотя и утончены они, однако же в существе своем, по отличительным своим чертам и по образу, соответственно утонченности своего естества суть тела тонкие, тогда как… наше тело в существе своем дебело» (Macar. 4. 2). В то же время сам еп. Феофан в цитируемом сочинении пишет: «Действительность их (ангелов.– М. И.) непременно должна проявляться где-либо. Они существуют где-либо, но не занимают пространства» (С. 174). Правда, несколько позже он скажет, что ангелы, «не оформляясь в пространстве… не имеют очертаний. Не имея очертаний, не имеют вида» (Там же). Существовать где-либо и в то же время не иметь очертаний – это, пожалуй, наиболее трудное место в представлениях свт. Феофана о природе ангелов. Указание на местопребывание, хотя и неопределенное («где-либо»), ангельской природы должно было бы предполагать наличие у нее «очертаний», что в свою очередь открывало бы возможность для постановки вопроса о некой телесности ангелов, хотя и не подчиненной, по справедливому замечанию еп. Феофана, пространству, т. к. пространство – это категория не духовного, а вещественного мира. Однако свт. Феофан, вопреки мнению многих отцов Церкви, не видит никакой возможности для постановки такого вопроса.

Ангельская природа не подчинена законам физиологии (Мф 22. 30). И хотя в Книге Товита сказано, что невесту Товии «любил демон» (6. 15), этот библейский текст, по свидетельству толкователей (см.: Лопухин. Толковая Библия. Т. 3. С. 346), повествует не о плотской любви демона, а о его диавольской ненависти. Такую ненависть проявляют к человеку злые духи, именуемые в аскетической литературе «бесами блуда».

Мнение о возможности половых связей между ангелами и людьми было распространено среди некоторых отцов и учителей Др. Церкви. Его придерживались св. Иустин (Apol. II 5), Климент Александрийский (Strom. VI 1. 10), Афинагор (Legat. pro Christ. 24), Тертуллиан (De orat. 22; De cultu fem. 2) и др. В соответствии с этим мнением они толковали, напр., следующий библейский текст: «Когда люди начали умножаться на земле, и родились у них дочери, тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал… В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим…» (Быт 6. 1–2, 4). В этом тексте под «сынами Божиими» они понимали ангелов, поскольку ангелы в Священном Писании действительно иногда называются «сынами Божиими» (см., напр., Иов 1. 6). Такое довольно странное представление об ангелах было навеяно языческой мифологией, в соответствии с которой и философ Платон, напр., производил от сожительства богов с людьми героев, а также апокрифической литературой (см. Еноха книгу и Юбилеев книгу). Отцы Церкви, известные своими экзегетическими трудами, свт. Иоанн Златоуст (In Gen. XXII), прп. Ефрем Сирин (In Gen. 6), блж. Феодорит (Rect. conf. 7), св. Кирилл Иерусалимский, блж. Иероним, блж. Августин и ряд др. эгзегетов под «сынами Божиими» разумеют благочестивое племя «сифитов»: при исчислении потомства Сифа в Быт 4. 25, 26 ; 5. 1–3 во главе племени поставлено имя Бога, при Еносе люди этого племени «начали призывать имя Господа [Бога]» – сифиты представляются, т. о., как бы «детьми Бога» (Лопухин. Толковая Библия. Т. 1. С. 44–45, 39; Сильвестр [Малеванский], еп. Догматическое богословие. Т. 3. Ч. 1. С. 165–166).

Поскольку ангелы не имеют физиологических потребностей, они не нуждаются в вещественной пище. И хотя манна, которой еврейский народ питался во время своего пребывания в пустыне, названа в Псалтири «хлебом ангельским» (77. 25), это выражение не следует понимать буквально. Блж. Феодорит считает, что «ангельским» хлеб (т. е. манна) назван потому, что «при служении ангелов дарована манна. А естество бесплотное не имеет нужды в пище» (Творения. Ч. 1. С. 125). Эта же пища названа «хлебом небесным» (Пс 77. 24), поскольку символизировала собой помощь свыше, оказываемую народу в трудных условиях его кочевой жизни. Не нуждаясь в вещественной пище, ангелы пребывают в блаженном созерцании Бога, «насколько для них возможно,– пишет прп. Иоанн Дамаскин,– и имеют это пищею» (Точное изложение. С. 48).

«Ангелы… на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного» (Мф 18. 10),– возвестил Иисус Христос, свидетельствуя этим об их особой близости к Богу. Они непосредственно причащаются Божественного Света и постоянно пребывают в благодати Божией. Сам Господь называет их «святыми» (Мф 25. 31). Ангелы, пишет прп. Иоанн Дамаскин, «трудно склоняемы ко злу, хотя не непоколебимы; но теперь даже и непоколебимы – не по природе, а по благодати и по привязанности к одному только благу» (Точное изложение. С. 48). Этого состояния своей природы они достигли на путях служения Богу и добровольного исполнения Его воли. Пребывая в таком состоянии, они радуются раскаянию каждого грешника и возвращению его к Богу (Лк 15. 10).

Возможности ангельской природы ограниченны. И хотя она превосходит природу человека «крепостью и силою» (2 Петр 2. 11) и позволяет совершать необычные действия (за одну ночь ангел уничтожил все войско ассирийцев (4 Цар 19. 35), а при воскресении Иисуса Христа «сделалось великое землетрясение, ибо Ангел Господень, сошедший с небес, приступив, отвалил камень от двери гроба и сидел на нем; вид его был, как молния, и одежда его бела, как снег» (Мф 28. 2–3), тем не менее ангелы не постигают Божественной сущности, которую знает только Сам Бог (1 Кор 2. 11; ср., напр: «Серафимы… покрывая верхними крыльями мнимые свои лица, нижними же ноги, а находящимися по обе стороны летая, знаменуя этим изображением, как истолковали богоносные отцы, что нет возможности ни для какого созданного естества, хотя бы оно было и ближайшее, постигнуть что-либо из сокровенных и непостижимых таин бесконечно высочайшего Божественного и блаженного естества» – Максим Грек, прп. Творения. Ч. 2. С. 183), и даже могут не знать будущего, если оно не будет им открыто Богом. Ангелам неизвестно время Второго пришествия Иисуса Христа (Мк 13. 32). Искупление человеческого рода, совершенное Спасителем, для них является тайной, в которую они желают проникнуть (1 Петр 1. 12), причем постижение этой тайны совершается ими «через Церковь» (Еф 3. 9–10). Обобщая отмеченные библейские свидетельства, еп. Феофан Затворник замечает: «Ангелы, в блаженном созерцании Божества сущии, конечно, знают многие из тайн премудрости Божией, но не все, а (лишь те), какие бывают им открываемы. Планы премудрости Божией в мироправлении и искуплении в Боге сокрыты и открываются ангелам, поскольку сие нужно для исполнения даемых им повелений. Многое же из них, особенно сокровенные причины, дальнейшие цели и то, как что будет по приведении планов в исполнение, остается сокровенным от них. Узнают они это уже из самих событий. События открывают им и тайны, лежащие в основе их» (Толкование Послания св. ап. Павла к Ефесянам. М., 1893. С. 221). Преуспеяние ангелов в познании совершается одновременно с их преуспеянием в духовной жизни. «Все сотворенные существа,– пишет прп. Иоанн Лествичник,– получили от Создателя чин бытия и начало, а для некоторых и конец предназначен, но добродетели конец беспределен… и ангелы… не пребывают без преуспеяния, но всегда приемлют славу к славе и разум к разуму» (Иоанн, прп. Лествица. Серг. П., 1908. С. 203).

Количество ангелов

Количество ангелов. Существует бесчисленное множество ангелов, о чем неоднократно свидетельствует Священное Писание (Дан 7. 10; Откр 5. 11; Мф 26. 53; Лк 2. 13; Евр 12. 22 и др.). Свт. Иоанн Златоуст убежден, что есть «мириады мириад ангелов, тысячи тысяч архангелов, престолы, господства, начала и власти, бесчисленные сонмы бестелесных сил и неисповедимые роды их» (Contr. Anom. II 4). Свт. Кирилл Иерусалимский, сравнивая количество обитателей мира земного с миром небесным, замечает: «Населяемая земля есть как бы точка среди этого единого неба. И объемлющее землю небо имеет такое множество обитателей, какова его широта. Небеса же небес населены несравненно большим числом. Если написано «тысячи тысяч служили Ему, и тьмы тем предстояли пред Ним» (Дан 7. 10), то не потому, что таково именно число, но потому, что Пророк не мог и сказать большего числа» (Catech. XV 24), которое, согласно «Ареопагитикам», «превосходит малый и недостаточный счет употребляемых нами чисел» (CH XIV). При сравнении количества людей и ангелов некоторые отцы Церкви (свт. Кирилл Иерусалимский, свт. Григорий Нисский, свт. Григорий Великий (Двоеслов) прибегали к притче Спасителя об овцах (Лк 15. 3–7; см. Потерянная овца), из которой заключали, что 99 незаблудившихся овец символизируют собой количество ангелов, а одна заблудившаяся – количество людей.

Многие ангельские имена, лики и чины остаются неизвестными людям в их земной жизни и могут быть открыты им только после их смерти. «Есть без сомнения и другие силы, – пишет свт. Иоанн Златоуст, – которых мы не знаем по именам… Есть, конечно, ангелы и архангелы, престолы и господства, начала и власти, однакож не они одни составляют всех жителей небесных; их – целые… неисчислимые поколения, которых не может изобразить никакое слово. А откуда видно, что сил более вышеупомянутых и что есть силы, которых и имен мы не знаем? Павел, сказав то, упоминает и об этом, когда говорит о Христе: посадил Его превыше всякаго начальства и власти, и силы, и господства, и всякаго имене, именуемаго не точию в веце сем, но и в грядущем (Еф 1. 21). Видите, что есть какие-то имена, которые будут известны там, но которые теперь неизвестны» (Contr. Anom. IV 2).

Небесная иерархия

Небесная иерархия. Небесные силы составляют «ангельский собор» (задостойник на литургии св. Василия Великого), а люди – «человеческий род» (Там же). «Поэтому, – замечает В. Н. Лосский, – единство ангельского мира совершенно отлично от нашего единства. Можно говорить о «роде человеческом», то есть о бесчисленных личностях, обладающих одной и той же природой. Но у ангелов, которые тоже существа личностные, нет единства природы. Каждый из них – отдельная природа, отдельный умопостигаемый мир. Следовательно, их единство не органическое… (но. – М. И.) гармоническое» (Догматическое богословие. С. 161–162).

В основе «гармонического» единства ангелов лежит иерархический принцип. На это указывает ап. Павел (Еф 1. 21; Кол 1. 16) и многие отцы и учители Церкви. Строй «небесной иерархии» подробно описан в «Ареопагитиках»: ангельская иерархия состоит из 3 триад: 1. серафимы, херувимы, престолы; 2. господства, силы, власти; 3. начала, архангелы, ангелы (CH VI 2).

В «Ареопагитиках» подчеркивается символический характер иерархии духовного мира, ибо, «сколько чинов небесных существ, какие они и каким образом у них совершаются тайны священноначалия,– в точности знает это один Бог, Виновник их иерархии» (CH VI 1). Строй небесной иерархии не может быть выражен только в числовых соотношениях, и к нему неприемлем лишь арифметический (нумерический) подход. Триадическое построение ангельского мира символизирует его совершенный порядок и гармонию. Оно указывает, что гармония и порядок в этом мире не случайны; в своей основе они имеют Божественное Единство, которое и само выражается через числовое соотношение Единицы и Троицы. Божественная Единица тождественна Троице, поэтому вся существующая множественность, в т. ч. и множественность ангельского мира, несет на себе печать как единства, так и троичности. Единица обусловливает единый характер всей небесной иерархии, а принцип троичности отражается в триадическом построении иерархических ступеней. Однако ни единица, ни троица, ни к.-л. др. число не в состоянии адекватно выразить тайну Божественного творения, поэтому число, использованное автором «Ареопагитик» при описании небесной иерархии, символично.

Символичны и имена небесной иерархии. Они обозначают богоподобные свойства ангелов, входящих в каждую триаду. Так, серафимы (евр. – горящие, пламенеющие) отличаются пламенной любовью к Богу и обладают светоносной силой, способной изгонять мрак греха и порождать ревность о славе Божией. Херувимы (евр. – предположительно колесницы) являются таинственной колесницей Господа Саваофа, на которой, как неоднократно свидетельствует Священное Писание, Всевышний «восседает» (Пс 79. 2; 98. 1; 1 Цар 4. 4; 2 Цар 6. 2; Иез 1. 4–26), и исполняют Божественные повеления (напр., херувим был поставлен «охранять путь к дереву жизни» (Быт 3. 24). Престолы отличаются незыблемостью и неизменностью в восприятии Божественного света; они открывают себя для Божественных озарений. В гимнографии они называются «разумными престолами», на которых «почивает» Бог (стихира на «Господи, воззвах» в праздник Рождества Богородицы). Господства всегда устремлены к «Господу господствующих»; они постоянны в своей свободе и не подвержены никаким тираническим влечениям. Наименование ангелов «силами» означает сообщенное им непреоборимое мужество, которое отражается на всех их богоподобных действиях. Силы – носители образа Всесильного Бога, и им свойственно сообщать Божественную силу нижестоящим существам. Власти посредством полученного ими могущества устрояют премирное духовное владычество и символически являют своим служением природу подлинной власти, которая выражается не в господстве, а в любви. Имя входящих в низшую триаду ангелов – начала (начальства) – происходит от их обращенности к Безначальному Началу и их способности выражать Его в мировом строе начальствующих сил. Архангелы осуществляют в духовном мире невидимое водительство, хранят его единство и открывают людям тайны домостроительства Божия. Известны несколько личных имен архангелов: Михаил и Гавриил упоминаются в канонических библейских книгах; Рафаил, Уриил, Салафиил и Иеремиил – в книгах неканонических; Иегудиил и Варахиил хранятся в церковном предании.

Ангелы завершают строй небесной иерархии; через них Божественный благодатный свет нисходит на землю. Их отличает особая близость к людям (см. Ангел-хранитель).

В системе «Ареопагитик» все 3 триады находятся в жестком соподчинении. Поэтому ангелы, занимающие в ней более низкое положение, могут общаться с Богом и получать от Него благодатные дары только посредством вышестоящих ангелов. Соответственно и человек может непосредственно общаться только с последним чином ангелов 3-й триады. Жестко закрепленный принцип иерархического посредничества – это то, что является самым уязвимым в небесной иерархии «Ареопагитик». «Ветхозаветная ангелология, – замечает по этому поводу протопресв. Иоанн Мейендорф, – сложна и никак не укладывается в иерархию Дионисия. Так, например, серафим в Книге пророка Исаии является непосредственным посланником Бога. Церковь чтит архангела Михаила как главу небесного воинства… однако в системе Дионисия архангельский чин – один из низших в небесной иерархии» (Мейендорф И., прот. Введение в святоотеческое богословие. Н.-Й., 1985. С. 291).

В отличие от автора «Ареопагитик» некоторые отцы и учители Церкви приводят др. порядки перечисления ангельской иерархии и даже др. имена ангельских чинов, хотя в большинстве случаев число ступеней небесной иерархии также равняется 9. В 8-й гл. Апостольских постановлений (Апост. Постановл. С. 269, 274) содержится 2 перечня чинов духовного мира. Как в 1-м, так и во 2-м приводится последовательность небесной иерархии, отличная от той, которая дана в «Ареопагитиках». Кроме того, в 1-м описании наряду с уже известными 9 наименованиями встречается 10-е – «вечное воинство». По мнению толкователей, оно используется не в качестве наименования отдельной иерархической ступени, а как общее имя для многих (или для всех) чинов. Во 2-м варианте небесной иерархии Постановления опускают «господства» и вместо «вечного воинства» включают «веки» (греч. aiones – эоны) и «воинства» как раздельные имена. В 7-й гл. Постановлений порядок иерархических степеней открывается воинством ангелов и умных духов (С. 231), за которыми перечислены уже известные имена.

Прежде чем приступить к описанию иерархических ступеней духовного мира, свт. Григорий Богослов указывает, что этот мир настолько таинствен и непостижим, что его описание вызывает «кружение в слове» (Sermo 28). Человеческий ум приходит в трепет, когда приступает к «небесным красотам» умной иерархии. Порядок, в котором святитель излагает ангельские иерархические ступени и даже некоторые имена ангельских чинов, весьма своеобразен: ангелы, архангелы, престолы, господства, начала, власти, светлости, восхождения, умные силы (Ibidem). Последние 3 наименования, по-видимому, относятся к херувимам, серафимам и небесным силам.

Почитание ангелов

Почитание ангелов. В истории Др. Церкви имели место случаи, когда почитание ангелов возводилось в разряд идолослужения. О них уже было известно ап. Павлу (Кол 2. 18–19). Противниками апостола, по-видимому, были нарождающиеся гностики, с которыми пришлось бороться святым отцам II–IV вв. В комментарии на 35-е прав. Лаодик. Собора отмечено, что допускавшие такие формы идолослужения молились не «Богу и Христу, а только ангелам, аки бы творцам и правителям мира». Указанное правило такой образ почитания ангелов осуждает, а почитателей – идолопоклонников – анафематствует (см. также Ангелиты).

Православная Церковь, в отличие от протестант. деноминаций, запретивших молитвенное обращение к ангелам, заповедует почитать их так же, как почитаются в Церкви святые люди, и иметь с ними молитвенную связь как со служителями Св. Троицы. Праздник в честь ангелов Церковь совершает 8 нояб. и чтит их память в каждый понедельник.

Литература: Areop. CH; Парвов А., свящ. О благодетельном отношении святых ангелов к роду человеческому // Странник. 1863. № 11; Матвеевский П., свящ. Мнения святых отцов и учителей Церкви о природе духов // Там же. 1864. № 11; Игнатий (Брянчанинов), еп. Слово о смерти // Собр. соч. М., 1868. М., 1991. Т. 3; Макарий. Православно-догматическое богословие. Т. 1. С. 379–401, 537–561; Bareille G. Le culte des anges a l epoque des Peres de l eglise // Revue Thomiste. P., 1900. T. 8. P. 41–49; Глаголев А. Ветхозаветное библейское учение об ангелах. К., 1900; Hackspill L. L angelologie juive a l epoque neo-testamentaire // RB. 1902. T. 11. P. 527–550; Феофан (Говоров), еп. Душа и ангел – не тело, а дух. М., 1913; Danielou J. Les anges et leurs mission d apres les Peres de l eglise. P., 1952; Roques R. Introduction // Denys L Areopagite. La hierarchie Celeste. P., 1958. P. I–XCV; idem. L Univers dionysien: Structure hierarchique du monde selon le Pseudo-Denys. P., 1983; Lossky V. La notion des «analogies» chez Denys le Pseudo-Areopagite // Vision de Dieu. Neuch?tel, 1962; Cazelles H. Fondement bibliques de la theologie des anges // Revue Thomiste. Toulouse, 1990. N 2. Vol. 98. P. 181–194; Bonnet J. Les anges dans le juda?sme et le christianisme. Roanne, 1993.

М. С. Иванов

Гимнография

Гимнография. Упоминания ангелов часты в гимнографических (песнопения) и евхологических (молитвы) богослужебных текстах. В Типиконах, используемых ныне в РПЦ и Греческой Церквах, указаны несколько памятей архангелов и ангелов: чудо архангела Михаила в Хонех – 6 сент., собор Архистратига Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных – 8 нояб., собор Архангела Гавриила – 26 марта (на др. день после Благовещения) и 13 июля (по всей видимости, в память освящения храма во имя архангела Гавриила в Константинополе в IX в.). Согласно иерусалимскому Канонарю VII в. (см. Иерусалимское богослужение), память архангелов Михаила и Гавриила совершалась 14 нояб.; в Александрийской Церкви – в один из дней 12, 13 или 14-го нояб. Основная память – 8 нояб., она была включена в месяцеслов древней Вост. Церкви уже на раннем этапе его формирования (Сергий (Спасский). Месяцелов. Т. 2. C. 348) и затем регулярно фиксировалась в различных соборных (иерусалимских и к–польских) и монастырских уставах, а также в богослужебных книгах студийской и иерусалимской редакций (см. Михаил, архангел; разд. «Гимнография»).

Память Небесных Сил бесплотных отмечена также в системе Октоиха, где она является 2-й литургической темой понедельника. Среди текстов понедельника во всех 8-ми гласах им посвящены 3 стихиры на Господи воззвах (2-й цикл стихир), канон утрени, обычно атрибутируемый Феофану, тропарь на блаженнах. Акростихи канонов: «Первое ангелам пение» (1-го гласа), «Пою хвалу лику ангельскому» (2-го гласа), «Творю третье пение бесплотным» (3-го гласа), «Пение ангелам пятое» (5-го гласа), «Шестое бывает умных пение» (6-го гласа), «Бесплотных похвалу седьмую ношу» (7-го гласа). На литургии понедельника (при будничной службе) поются «дневные» тропарь (Небесныхъ воинств архистратизи) и кондак (Архистратизи Божии; употребляется также на повечерии и изобразительных) Небесных Сил бесплотных, ангелы упоминаются в светильне утрени (Небо звездами), в прокимне, аллилуиарии и причастне литургии и проч. (Крашенинникова О. А. К истории формирования седмичных памятей Октоиха // БТ. Сб. 32. С. 260–268).

Кроме последований и текстов, вошедших в печатные богослужебные книги, по неизданным греческим рукописям XI–XV вв., хранящимся в б-ках христианского Востока, известно 23 канона ангелам гимнографов Иосифа, Феофана, св. Иоанна Мавропода, Евфимия, Иоакима, Иоанна Ангела, Германа, Авраамия, протоспафария Антиохийского (Tameon. N 186–208. S. 82–88). Известны акафист архангелу Михаилу Константинопольского Патриарха Исидора I Бухираса (1341–1349) и акафист (изд. 1855), заимствованный из униатской практики и отредактированный архиеп. Херсонским Иннокентием (Борисовым).

Гимнографические и евхологические тексты упоминают ангелов в их отношении к Богу: Господь именуется Богом ангелов – «Боже и Господи сил» (молитва 6-го часа), они предстоят Ему – «предстоят Тебе… тысящи архангелов и тьмы ангелов, и херувими и серафими, шестокрилатии, многоочитии, возвышающиеся пернатии» (анафора литургии свт. Иоанна Златоуста), служат Ему и воспевают Его.

Согласно гимнографическим произведениям, ангелы являлись свидетелями и участниками многих событий, описываемых в Ветхом Завете и Новом Завете. Примеры из гимнографии праздников христологического цикла: «днесь ангели Младенца рожденнаго боголепно славословят» (стихира по 50-м псалме утрени Рождества Христова), «лик ангельский да дивится чудеси … Егоже бо трепещутъ небесныя силы, ныне старчи объемлют руци» (седален по 1-м стихословии утрени Сретения Господня), и т. д.

Ангелы воспевают Пресвятую Богородицу, «Честнейшую херувимъ и славнейшую без сравнения серафим» (ирмос 9-й песни трипеснца Великой пятницы), и участвуют в событиях Ее жизни.

Ангелы принимают непосредственное участие в богослужении – «Радуются ангели на небеси, и веселятся человецы на земли» (стихира на литии вечерни Воздвижения Креста Господня); молятся за людей Богу; к ангелам обращаются с просьбой о заступничестве перед Господом.

Монашество называется ангельским образом (см. Схима), это сопоставление пронизывает все последования пострижений, поэтому преподобные в богослужебной поэзии метафорически сопоставляются с ангелами – «ангельски, отче, пожил еси: тем со ангелы ликует дух твой» (тропарь 8-й песни канона утрени Общей службы преподобному). Ангелам уподобляются и священнослужители: «служащие Господу земные иереи подобны мысленным служительным чинам бесплотных и вышних сил» (Герман, свт. Сказание. 6). Люди, достигшие святости, получали дар видения ангелов – «Христа Гос

В. Н. Лосский. Спор о Софии

В. Н. Лосский

Из книги «Спор о Софии»

Софиология о. С. Булгакова, превращающая обоженье человека из конечной цели, к которой он призван, в некую изначальную данность, приводит к статической системе, построенной на антропоцентризме. К человеку и человечности сводится и весь тварный мир, и все содержание Божества, “Божественного мира (Софии), так как образ Божий в человеке для о. С. Булгакова делает его уже в самом сотворении обоженным, “тварным богом”, откуда и Первообраз, Божественная природа, должен мыслиться как предвечное Человечество Бога[1]. “Божественностьчеловека предполагает “человечность” Бога.

М. Сергий[2] указывает во II отделе своего доклада (“О вочеловечении Сына и Слова Божия”) на ложность такого представления об изначальной Божественности человека. Что же говорит в ответ на это о. С. Булгаков? Он как бы не понимает, к чему относится упрек и выставляет себя защитником святоотеческого учения, обличая м. Сергия. Он пишет: При этом не без упрека цитируются слова мои: “даже сотворенный бог, что выражает лишь отеческую мысль о человеке, как боге по благодати. Здесь м. С. опять находится в противоречии Слову Божию и даже слову Христа: “вы боги и сыны Всевышнего” (Ин. 10, 34; Пс. 81, 6). Перифраз этого текста в каноне Вел. Четверга: “Якоже Бог с вами боги буду” (стр. 36, примеч.). Ужели о. С. Булгаков не понимает или не хочет понять, что имеет в виду м. Сергий? Может ли он не видеть разницы между своим учением об изначальной Божественности по самому образу сотворения и конечным обоженьемблагодатью воплотившегося Бога[3], о котором учили Отцы, говоря о “сотворенном Боге, к чему относятся и обетования Св. Писания?

Критикуя антропоцентризм о. С. Булгакова, м. Сергий говорит: Далее, обосновывая свою антропоцентрическую точку зрения, на которой он строит всю свою систему (как бы забывая, что история человечества не исчерпывает даже жизни всего тварного мира, например, ангелов, тем более жизни Божества), Булгаков утверждает, что “исходная аксиома откровения” — “сообразность между Божеством и человечеством”. Отсюда София есть предвечное Человечество в Боге, как Божественный первообраз и основание бытия человека”. О. С. Булгаков опять предпочитает не понимать, в чем его упрекают, и возражает, что сообразность человека Божеству… есть просто истина, поведанная откровением: и сотворил Бог человека по образу Своему”, “да владычествует он над всем творением” (Быт. 1. 26—28); неужели эту истину можно колебать “для православного сознания”? (стр. 36).

Заметим прежде всего, что “сообразность человека Божеству”, если ее понимать как созданность человека по образу Божию, не то же, что “сообразность между Божеством и человечеством, или их взаимная обусловленность в Софии[4]. Автор “Агнца Божия, вместо того чтобы открыто защищать свое учение, старается оградить себя авторитетом Писания, выставляя при этом м. Сергия как бы возражающим против истин Откровения.

Далее, приводя текст из Бытия о создании человека по образу Божию, о. С. Булгаков, желая с несомненностью утвердить центральность и главенство человека в Божественном замысле, передает этот текст, взятый в кавычки как цитату, следующим образом: “И сотворил Бог человека по образу Своему”, “да владычествует он над всем творением. В действительности, указанный библейский текст (Быт. 1, 26—28) читается следующим образом (приведем его целиком): “И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему: и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле. И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их. И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь и наполняйте землю и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле”. Здесь утверждается царственное достоинство человека на земле, его владычество над землею и населяющей ее тварью, — рыбами, птицами, скотами и гадами. Отсюда очень далеко до владычества “над всем творением”, ставящего человека, как ипостась тварной Софии”, во главу ВСЕГО сотворенного мира, как земного, так и небесного[5].

Ссылка о. С. Булгакова на Паламу, для оправдания своего превознесения человека над всем творением, также ничуть не убедительна. Он говорит: “Взаимное отношение ангельского и человеческого миров я предпочитаю “для православного сознания” определить словами святого Григория Паламы, которые можно найти на стр. 308—9 “Света Невечернего”: “нет ничего выше человека (ουδεν ανθρωπου κρειττον)… Духовная природа ангелов не имеет такой энергии жизни, ибо она не получила образованного из земли тела” (стр. 36). Думает ли о. С. Булгаков, что никто из читателей его “Докладной записки” не знает греческого языка? Что никто не попытается обратиться к подлинному тексту святого Григория Паламы? Проверить приведенную цитату, действительно, трудно: о. С. Булгаков отсылает не к самому Паламе, а к страницам “Света Невечернего”, книги весьма редкой. Текст, приводимый о. С. Булгаковым, был все же найден нами в150 главах физических, богословских, нравственных и практических” святого Григория Паламы. В гл. 30 говорится о духовной природе человеческой и ангельской. Человеческий дух имеет в себе жизнь не только как сущность, но и как энергию, животворящую связанное с ним тело. “Духовная же природа ангелов не имеет жизни одновременно и как энергии, ибо не получила от Бога сопряженного ей тела, созданного из земли, ради которого обладала бы и силой животворящей тело”[6]. Главы 38 и 39 говорят о той же присущей человеческому духу энергии, сообщающей жизнь телу; именно в этом смысле, по мнению Паламы, человеческий дух более чем ангельский есть “по образу Божию, промышляя о теле, как Бог промышляет о мире[7]. Однако более полный образ Божий, по которому создан человек, не делает человеческой природы выше ангельской. Святой Григорий Палама утверждает прямо противоположное в главе 27: “Все существа умной природы, созданные по образу Творца, суть наши сослужители (συνδουλοι) хотя и превышают нас по чести (ημων τιμιωτεροι), существуя вне тела и будучи в большей степени, чем мы, близки к совершенно бестелесной и несотворенной природе, в особенности те из них, которые сохранили свое достоинство и стремятся к тому, ради чего были созданы; хотя и сослужители наши, они выше нас и намного превышают нас своим достоинством (ημων τη ταξει πολλω τιμιωτεροι)”[8]. Мысль святого Григория Паламы ясна: сотворенные по образу Божию человеческие и ангельские духи разнятся тем, что в человеке этот образ сложнее, являя не только бытие духа в себе, но и промышление его о теле, подобное промышлению Бога о мире, тогда как ангелы являют в своем более простом духе только образ совершенства Божия, безотносительный к промышлению о внешнем. Но та же большая простота обусловливает и большую близость ангельских духов к Божественной природе, хотя и промышляющей о внешнем, но не связанной по естеству с миром, как человеческий дух с телом. Отсюда и большая высота ангельской природы, о которой говорит святой Григорий Палама.

Но как же понять тогда слова святого Григория Паламы “нет ничего выше человека” (ουδεν ανθρωπου κρειττον), приведенные о. С. Булгаковым в начале его цитаты, почерпнутой из 30-й главы “150 глав? В 30-й главе такого текста мы не находим… Но зато этими словами начинается глава 43:Ουδεν ανθρωπου κρειττον, ωστε βουλευσασθαι και γνωμην εισενεγκειν . Уже из согласования первой фразы с последующей при помощи сослагательного ωστε мы видим, что она не может иметь формы категорического утверждения: “нет ничего выше человека”. Что же говорит Палама? “Ничто не превышает человека настолько, чтобы ему внушать или его принуждать к решению, являя и сообщая ему полезное, если только (человек) хранит свое достоинство, познает себя и Единого превыше его, соблюдая то, в чем наставлен Всевышним, и желая последовать только Его воле в том, в чем Им наставлен не был. Ибо и ангелы, хотя и превышают нас по достоинству, только исполняют Его определения о нас, будучи посылаемы ради тех, кто имеет наследовать спасение; однако не все (ангелы), а лишь благие, сохранившие свое достоинство”.

С тяжелым чувством приходится признать, что о. С. Булгаков, для того чтобы защитить свою систему авторитетом святого Григория Паламы, соединил две цитаты (вернее два обрывка) из разных глав в одну новую фразу, не имеющую ничего общего с мыслью святого Григория Паламы, но отвечающую основной интенции софианского антропоцентризма, — желанию видеть в человеке от самого сотворения его, независимо от акта Боговоплощения, богочеловеческое” существо, возглавителя творения, “ипостась тварной Софии”.

Примечания:

[1] См. “Агнец Божий”, стр. 135-136.

[2] Митрополит Сергий (Страгородский), впоследствии Патриарх.

[3] Максим Исповедник. Ambigua. P. G., t. 91, col. 1088.

[4] См. “Агнец Божий”, стр. 136.

[5] Ту же ошибку делает о. С. Булгаков в своей защите “антропоцентризма” на стр. 39—40 (примеч.).

[6] P. G. t. 150, col. 1140.

[7] Ibidem.

[8] Ibid., coll. 1145 et 1148.

В. Н. Лосский. Святой Дионисий Ареопагит и святой Максим Исповедник Ангелы Ангелы — наши старшие братья Небо и земля: Ангел и человек в Священном писании О мире духовном Образ и подобие Божие (Человек и Ангелы) Природа и назначение ангельского мира Мир духовный или ангельский Об ангелах Об именах и ангелах. День Архистратига Михаила

М. С. Иванов. Архистратиг (Статья из III тома «Православной энциклопедии»)

М. С. Иванов

Архистратиг

Статья из III тома «Православной энциклопедии»

Архистратиг [греч. — верховный военачальник], в славянской Библии Архистратигом назван архангел Михаил («архистратиг силы Господни», рус. «вождь воинства Господня» — Нав 5. 14), так как он возглавил ангелов в их борьбе против диавола и объединившихся вокруг него темных сил. Наименование Архистратиг в церковном предании усваивается также 7 ангелам (духам), упоминаемым в Книге Товита (12. 15) и в Откровении Иоанна Богослова (1. 4), и вообще всем ангелам, как в силу своего служения наиболее приближенным к Богу и возглавляющим ангельские чины (в тропаре праздника Небесных сил они названы чиноначальниками вышних сил). Отцы Церкви называют Архистратига начальником, князем ангелов — Basil. Magn. Adv. Eunom. III; Greg. Niss. In Cant. Cantic. 3; Theod. Stud. Or. 6. 1. Некоторые отцы усвояют наименование Архистратига Иисусу Христу — Iust. Martyr. Dial. 34. 2; Method. Olymp. Symp. III 6; Euseb. Prep. evang. VII 15; Idem. Hist. eccl. I 2. 3. Сщмч. Исидор Пелусиот называет «доблестным архистратигом добропобедных мучеников» первомученика Стефана (Ep. 447).

Наименование Архистратига некоторые отцы Церкви (Orig. Or. 13) используют также для обозначения предводителя злых сил (см. ст. «Сатана»).

Источник: www.sedmitza.ru

Архистратиг Михаил архангел Архангел Об именах и ангелах. День Архистратига Михаила Слово о Небесном ангельском воинстве В день празднования Собора Архистратига Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных Мандамадоский Архистратиг Собор святого Архистратига Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных, Архангелов: Гавриила, Рафаила, Уриила, Селафиила, Иегудиила, Варахиила и Иеремиила Молитва, тропарь и кондак Архистратигу Михаилу

Епископ Вениамин (Милов). Ангелы

Епископ Вениамин (Милов)

Ангелы

Из «Чтений по литургическому богословию»

Ангелы сотворены прежде всякого творения, как говорит и св. Григорий Богослов: «Во первых, мыслит Бог ангельские, небесные силы; и мысль стала делом». Надлежало прежде быть созданну мысленному естеству, потом чувственному и, наконец — человеку, одному из обоих [1]. В природе ангелов нет ничего вещественного. Они — светы вторые, мысленные, имеющие просвещение от первого безначального Света, но нуждаются в языке и слухе, но без произношения слова языком передают друг другу помышления и желания [2]. Очевидно, взаимное общение ангелов духовно и мысленно.

Как умы ангелов не описуемы, подобно телам, при чем по естеству своему не имеют вида или образа и трех измерений. Они мысленно бывают присущи и действуют там, где им поведено и не могут в одно и то же время действовать здесь и там [3].

Следовательно, когда ангелы посылаются на землю, их нет на небе. Бывая же на каком-либо месте, бывают не так, чтобы очерчивались какою-либо формою, протяженною в высоту, длину и ширину. Таких измерений они не имеют, не имеют и вида, свойственного телам. «Бестелесное естество, — говорит преп. Иоанн Дамаскин, — не имеет вида, чтобы быть объяту телесно» [4].

В известном месте оно присуще, действует, но не занимает места и не обнимается. «Оно мысленно присуще в известном месте и мысленно представляется там, где действует» [5].

Примечания:

Источник: Православие и современность. Электронная библиотека

Епископ Вениамин (Милов). Литургическое учение об Ангелах Небо и земля: Ангел и человек в Священном писании Свт. Кирилл Иерусалимский об ангелах и демонах Свт. Василий Великий. Толкование на шестую главу книги пророка Исаии Свт. Григорий Богослов. Слово 6, об умных сущностях Святые отцы об Ангеле Хранителе Дионисий Ареопагит. О Небесной иерархии Преп. Иоанн Лествичник об Ангелах Преп. Исаак Сирин. Ангелы Преп. Иоанн Дамаскин об ангелах Природа и назначение ангельского мира

М. С. Иванов. Архангел (Статья из III тома «Православной энциклопедии»)

М. С. Иванов

Архангел

Статья из III тома «Православной энциклопедии»

Архангел. Перевод греческого слова archaggelos – «начальник ангелов». В небесной иерархии, описанной в «Ареопагитиках» (CH 9. 1), 8-й, предпоследний, ангельский чин (см. ст. «Ангелология»). Слово «архангел» в Священном Писании впервые появляется в 3-й Книге Ездры (4. 36), где с этим именем выступает ангел Иеремиил. Впоследствии это имя воспринимается новозаветными авторами (Иуд 1. 9; 1 Фес 4. 16) и христианской литературой. Кроме архангела Иеремиила древнее предание, восходящее к ветхозаветным представлениям, называет по именам еще несколько архангелов. Первое место среди них принадлежит архангелу Михаилу (евр. mihael – «кто как Бог»). В Библии он именуется «вождем воинства Господня» (слав.– «архистратиг силы Господни») (Нав 5. 14–15), т. к. под его водительством ангельские силы выступили против диавола. «И произошла на небе война: Михаил и Ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали против них, но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною…» (Откр 12. 7–9). В Книге пророка Даниила (12. 1) архангел Михаил изображен как «князь великий, стоящий за сынов» израильского народа, т. к. покровительство, оказываемое этому народу, составляло один из видов его служения людям. В новозаветные времена архистратиг Михаил признается покровителем и споборником «воинствующей Церкви», т. е. всех верных Богу, ведущих брань с силами зла.

Еще одно имя архангела – Гавриил (gabriel – «муж Божий» или «сила Божия») (Дан 8. 16; Лк 1. 19). Архангел с этим именем известен как служитель Божественных таин (Athanas. Alex. Vita Antonii. 36; Ioan. Chrysost. Contr. anom. III 5; Areop. CH 8. 2). Он возвещает первосвященнику Захарии о рождении св. Иоанна Предтечи (Лк 1. 19) и Деве Марии – о зачатии и рождении Иисуса Христа (Лк 1. 26–38).

Имена четырех Архангелов упоминаются в неканонических книгах Священного Писания: Рафаил (raphael – «исцеление Божие») (Тов 3. 16), Уриил (uriel – «свет, или огонь Божий») (3 Езд 4. 1), Салафиил (salaihiel – «молитва к Богу») (3 Езд 5. 16, 31) и Иеремиил (ieemiel – «высота Божия») (3 Езд 4. 36). Два архангельских имени – Иегудиил (iehudiel – «хвала Божия») и Варахиил (barahiel – «благословение Божие») – сохраняются в церковном Предании. Все эти архангелы совершают различные служения, особенности которых в основном отражены в их именах (Orig. De princip. I 8. 1; Ioan. Chrysost. In synaxim archangelorum [spuria] // PG. 59. Col. 755). Поскольку по роду своего служения эти архангелы приближены к Богу, а 8-й чин находится в небесной иерархии, представленной «Ареопагитиками», на предпоследнем месте, по-видимому, они не входят в этот ангельский чин.

Наименование «архангел» используется некоторыми отцами Церкви (Сyr. Hieros. Catech. II 4) для обозначения предводителя злых сил (см. ст. «Сатана») – ср.: Еф 6. 12.

Литература: Макарий. Православно-догматическое богословие. Т. 1. С. 387, 396–399, 414; Глаголев А. Ветхозаветное библейское учение об ангелах. К., 1900; Roques R. Introduction // Denys l Areopagite. La hierarchie celeste. P., 1958. P. I–XCV; idem. L Univers dionysien: Structure hierarchique du monde selon le Pseudo-Denys. P., 1983; Мейендорф И., прот. Введение в святоотеческое богословие. Н.-Й., 1985. С. 291; Книга ангелов: Антология. СПб., 2001.

Источник: www.sedmitza.ru

Ангельские чины Архангел Гавриил Иеремиил Михаил архангел Рафаил Уриил Свт. Кирилл Иерусалимский об ангелах и демонах Дионисий Ареопагит. «О Небесной иерархии» Corpus Аreораgiticum Архистратиг Слово о Небесном ангельском воинстве Слово в день святого Архистратига Михаила Собор святого Архистратига Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных, Архангелов: Гавриила, Рафаила, Уриила, Селафиила, Иегудиила, Варахиила и Иеремиила