Слово на день Архангела Михаила. Митрополит Московский Платон (Левшин)

Оглавление

Издревле от самых мудрых мужей человек называется, Микрокосмос, тоесть малым миром. Как таковое наименование есть не обыкновенное, то и притчина тому должна быть важная. Весь мир состоит из тварей видимых и невидимых: телесных и духовных.

Телесные твари подлежат нашему зрению, и прочим чувствам: но ни разума ни воли не имеют; кроме единаго движения, состоящаго в разных видах и родах. Духовныя твари зрению нашему и прочим чувствам не подлежат: одарены разумом и волею. Таковы суть Ангелы, и прочие духи, о коих наиболее нас писание святое уверяет.

Человек состоит из тела и души: следовательно из существа видимаго, и невидимаго; телеснаго и духовнаго; а потому весь мир в нем сокращенно заключается; и человек есть всего почти безконечнаго мира, некоторое видимое сокращенное изображение. Но притом, как и Сам Бог есть дух чистейший; да и всего мира Он есть яко душа, его оживляющая: то по сему человек некоторым образом и Самого Бога подобие в себе изображает. Ибо человек по душе есть дух; а душа с телом будучи неразлучно соединена тело оживляет.

Мы ныне празднуем собор Ангелов. Есть между ими и нами сходство существенное. Они суть духи: и наши души суть духовнаго существа. Они разумом и волею одарены: и мы снабдены сими преимуществами. Но сверьх сего еще имеем соединенное с душею тело; чем преимуществуем ли мы пред Ангелами, или оно есть препятствием сравняться нам с их совершенством, разсмотрим настоящею беседою, которая да будет достойна внимания вашего.

Что ни созидал премудрый Творец, все то есть в наилучшем совершенстве. И виде Бог, яже сотвори, и се добра зело (Быт. гл. 1, ст. 31). Хотя тело наше есть составлено из земли, но сие доброты его не уменшает. Ибо и тело, и земля, и дух, и все произведено глаголом Божиим из ничего. А по сим началам все вещи имеют состоять в едином равенстве. По сему положив тело сопряженное с душею, должно положить два сопряженныя совершенства, двух совершенно добрых существ, из коих мы состоим. Да и когда благоволил Бог в человеке соединять тело с душею, никак не могло быть Его намерение, дабы чрез то унизить достоинство души; никак! сие с благостию Его совместно быть не может. А напротив долженствовало быть Его намерение, да и самою вещию было, дабы чрез то человеческое умножить совершенство. Кто уразуме ум Господень, или кто советник Ему бысть? (Рим. гл. 11, ст. 34).

Когда нетленная Его десница брала брение, или пыль влагою разтворенную, и из сего брения слепляла тело, тогда, хотя еще ничего не было, чтоб человека пред другими тварями унижало, однако и не казалось, чтоб человек чрез то великое пред другими тварями получал совершенство. Но что потом воспоследовало? О глубина премудрости и разума Божия! И слово плоть бысть (Иоан. гл. 1, ст. 14). То тело из брения слепленное толикия удостоилось чести, что и Сам Творец, Который его из брения составлял, и Сам Творец благоволил оное на Себя принять, и самое Божество Свое во едино лице с ним соединить. И слово плоть бысть.

Вот уже человек, по разсуждению Апостольскому, удостоился взять преимущество и пред самыми Ангелами. Первое потому, яко не от Ангел убо когда приемлет, но от семени Авраамова приемлет (Евр. гл. 2, ст. 16). Не Ангельское естество восприял, дабы падших ангелов возставить; но человеческое, дабы спасти человека согрешившаго. Второе, что оное тело наше, в лице Христовом, удостоилось, по словам Павловым, сидения одесную Бога, превыше всякаго начальства и власти и силы и господства, и всякаго имене именуемаго не точию в веце сем, но и во грядущем (Ефес. гл. 1, ст. 20, 21). Какого преимущества удостоилась оная при создании мира бывшая простая персть и брение! Сие самых Ангелов привело, не в зависть, ибо добрые Ангелы сей страсти не подлежат, но во удивление. Ибо, как святый Петр говорит, и Ангелы в сию тайну желают приникнути (1 Петр. гл. 1, ст. 12): тоесть, хотя издалека удостоиться узреть то тело, которое будучи соединено в лице Христовом седит одесную Бога на небесных.

Но сие преимущество, скажет кто, есть свойственно Христу, а не нам. Подлинно свойственно есть Ему. Но как тело Его есть тогоже с нашим телом существа, то потому и мы во оной чести, яко члены во главе, участвуем. А притом избранныя Божия, не в лице Христовом токмо, но и в собственном лице своем подобныя чести удостоятся. Ибо когда Господь Иисус приидет во славе судити живых и мертвых, тогда и избранные Его сядут на престолах, яко судии мира (Матф. гл. 19, ст. 28). Да еще, дерзает Апостол хвалитися, и за себя и за нас, яко имеем мы судити не токмо мир, но и самых Ангелов (1 Кор. гл. 6, ст. 3): тех, разумеет, кои пали от славы своея, и подвергли себя суждению, не Божию токмо, но и самых человеков, святых и избранных Божиих.

Узнав свои с стороны тела преимущества, теперь следует нам объяснить те сомнения, которыя противны сему быть кажутся. Когда мы впадаем в прегрешения, обыкновенно думаем себя извинять тем, что мы телом обложены, что телесныя слабости и немощи мешают нам быть совершенными, что мы под игом телесным, как под тяжким бременем воздыхаем, и что дух наш в теле, яко в темнице заключен. Да и самое святое слово, кажется, тоже нам на многих местах внушает. Плоть враждует на дух, и дух на плоть (Гал. гл. 5, ст. 17). И Апостол, яко во унынии говорит, яко сущии в теле сем воздыхаем отягчаеми (2 Кор. гл. 5, ст. 4). Да еще и с жалобою вопиет: окаянен аз человек! кто мя избавит от тела смерти сея (Рим. гл. 7, ст. 24). Вот уже колико унижается и осуждается то тело, которому мы толикое давали преимущество!

Однако не должны мы на таковыя сомнения претыкаться. Они прежняго нашего разсуждения не опровергают. Тело никогда само собою не грешит: а согрешаем мы произволением духа. Развращенное понятие и испорченная воля опорочивают душу: да тело, яко орудие, обращают на худое. Орудия чувств телесных устроены к добру; но развратная воля употребляет их на зло. Зрение телесное и слышание, кто скажет, чтоб сами чрез себя были или порочны или вредны: никак: а напротив, наилучшия суть дары Божия. Но когда человек, по превратной воле и разсуждению, на глазах представляет злобную зависть, а слух отворяет клевете и злохулениям; тогда тело делается орудием греха: но не само по себе тело или его чувствы в том суть виновны; а виновно вышедшее из порядка произволение духа. Горе человеку в таком положении!

Сказали мы, что человек по душе есть подобен Ангелам, а по соединению души с телом и преимуществует пред оными, и весь мир, телесный и духовный, яко в зерцале, в себе изображает. Но когда тот же человек развратен разумом и волею, и по сей развратности и тело делает орудием греха, тогда он уже не только не превосходит Ангелов; но делается подобным: – кому? скажу. Ангелы суть добрые и злые. По душе становится он подобен тем духам нечистым, которые отпав славы Божия, ожесточены во зле, и другим нанося вред, несчастливую в том находят для себя отраду. А по телу приложися скотом несмысленным и уподобися им (Псал. 48, ст. 13). Ах какое внезапное превращение и с коликия высоты в коликую пропасть опровержение!

Дети Божии, лице предвечнаго Родителя в себе изобразующие, Ангелам предпочтенные, получившие обещание, быть судиями мира, напоследок вот что слышат из уст истинны: Вы отца вашего диавола есте. Почто, праведный Господи! яко дела его творите (Иоан. гл. 8, ст. 44, 41). Какаяж нам польза, что души наши суть духовнаго существа, и того же со Ангелами? Великая польза и честь, но когда мы оное существо храним в непорочности, так как добрые Ангелы. А напротив когда оное грехами опорочиваем, то уподобляемся нечистым духам, и когда таковая душа грешная, так как они, по существу своему не умирает, тем несчастливее, что ея несчастие есть безконечное.

Добрые Ангелы, по падении злых, утвердилися в добре. Мы со злыми духами пали; но паки возстановлены, и толикую удостоились получить благодать, что естьлиб оную всегда соблюдали, утверженыб были в добре с добрыми Ангелами. Всяк рожденный от Бога, греха не творит (1 Иоан. гл. 3, ст. 9): говорит слово Божие. Кто рожден от Бога, тот восприял в себя духа Божия: доколе в ком пребывает дух Божий; не может тут поместиться нечистота и разврат. Всяк грех от диавола есть (Там же, ст. 8). А плод духовный, плод духа Божия в человеке живущаго, есть радость, мир, долготерпение, кротость, воздержание, благость, милосердие, вера (Гал. гл. 5, ст. 22).

Да не хвалимся убо тем, что существо души нашея есть тоже со Ангельским; но тогда наша будет прямая похвала, и честь и слава, когда им подобны будем и непорочностию. Аминь.

Говорено в Архангельском соборе 1784 года
Ноября 8 дня.

Источник: www.stsl.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *